– «Но» не принимается, – перебил собеседник, – наверное, Дегтяреву неизвестно о печальной статистике ночных аварий, а я в курсе. Москвичи-таксисты редкость, за рулем сидят гастарбайтеры, они стремятся заработать как можно больше, поэтому в сумерках летают на своих раздолбайках. Днем лихих парней сдерживают пробки и сотрудники ДПС, ночью гаишников меньше, дороги относительно свободны, шоферы частенько не справляются с управлением. Это раз. И два. Ты легко можешь стать жертвой сексуального насилия.
– Ну это навряд ли, – засмеялась я. – Мне не двадцать лет.
Игорь вскинул брови.
– Совсем не обязательно быть молодой, чтобы на тебя напал мужчина. Ты женщина, соответственно, находишься в группе риска.
Я с сарказмом спросила:
– Полагаешь, что пожилая дурнушка может прельстить секс-террориста?
Игорь почесал щеку.
– Ты меня неправильно поняла. Садись в джип.
– Лучше отправляйся к семье, – не согласилась я, – наверное, тебя родные заждались.
Собеседник открыл переднюю дверь внедорожника.
– А я, похоже, тебе понравился, раз ты пытаешься выяснить, сидят ли у меня дома жена и дети. Отвечу сразу. Я холост, вернее, разведен, наследников не имею, абсолютно свободен, рядом нет никого, даже собаки.
Я застыла на месте. В тот момент, когда Игорь сказал о моей попытке узнать про его семейное положение, мне хотелось рассмеяться, но после фразы о собаке я почувствовала себя негодяйкой. Бедный Рип! Он остался в «Приюте доброй Клары»!
Я бросилась к джипу со словами:
– Скорее, как можно быстрее отвези меня в приют.
– Не понял, – протянул Игорь. – Ты решила поселиться там навсегда?
– Щенок, – выдохнула я. – Он, наверное, думает, что его бросили.
– Хочешь взять себе Рипа? – удивился Игорь. – Но он беспородный.
Я пристегнула ремень безопасности.
– Я сама не княжеского рода. Происхождение пса меня мало волнует. Слышал фразу про ответственность за того, кого приручил? Если хочешь мне помочь, то отвези в приют. Надеюсь, Вадим догадался покормить Рипа. Слушай, а что будет с поваром и Светланой?
Игорь плавно отпустил педаль тормоза.
– К Вадиму претензий нет, он честно отбыл свой срок, имеет на руках справку об освобождении и ни в каких делах хозяев «Приюта доброй Клары» замешан не был, просто готовил еду. В отношении Вадима Софья и Эдуард проявили милосердие. Но у него нет квартиры, поэтому я не очень понимаю, куда его деть. Светлана тоже не участвовала в преступлении, появилась в приюте за неделю до тебя, является дочерью одной, мягко говоря, странной дамы. Мать родила ее в четырнадцать лет и долгие годы выдавала за свою младшую сестру. Светлана раздражала мамашу, поэтому та обращалась с ней очень жестоко, била, унижала, и к двадцати годам девушка перестала разговаривать. Света онемела, не вставала с кровати, а мамаша наконец-то собралась замуж, причем за весьма обеспеченного человека, которому «забыла» сказать о «младшей сестричке». Дальше рассказывать? Появился Патрик, который смог наладить со Светланой контакт и привез ее в приют.
Я вздохнула:
– Как думаешь, Гелен найдут?
Игорь повернул на проспект.
– Надеюсь, что да.
– А Настя? – не успокаивалась я. – Ее отправят в детдом? Игорь, она будет слышать?
– Лучше зови меня Гарик, – попросил спутник. – Насте сделали операцию. Некоторое время она проведет в сурдологическом центре, а потом ее возьмут приемные родители. Профессор Березов, тот, что вшивал девочке имплант, был тронут ее судьбой и рассказал о Насте своему другу, тоже известному доктору, который не имеет собственных детей. Назарову удочерят приятели Березова, они уже официально заявили о своем желании стать родителями сироты.
– Хоть одна хорошая новость, – сказала я. – Полагаю, что Анне Николаевне Назаровой ничего не будет.
– А что ей можно инкриминировать? – вздохнул Гарик. – Взрослая невестка ушла из дома, взяв собственную дочь. Валерия имела полное право распоряжаться собой и ребенком. Вот супругам Антонюк придется ответить на неприятные вопросы, и, полагаю, их привлекут к ответственности за смерть девочки-инвалида. Но, знаешь ли, это будет долгая песня.
– Очень надеюсь, что Патрик, Рената, Марина, Эдуард и Софья не один год проведут за решеткой, – зло сказала я, – и еще хочу, чтобы они назвали имена всех своих клиентов.
Игорь въехал в тоннель и слегка сбавил скорость.
