Ага, главный эфирный инженер корабля, Джонимен. Она слышала, как его имя упоминалось, когда корабль пришвартовывался. Ну, главный инженер или нет, Гвен почувствовала, что должна хорошенько его отчитать, но у неё ужасно болела голова. Ей не хотелось биться даже в метафорические стены. Тем более в реальные.
- Сэр, я буду рада не мешать вам работать. Если вы подскажете где капитан, я перестану вам плешь проедать.
Глаза мужчины, сузившись, впились в неё.
- Проедать что?
- Надоедать, - быстро поправилась Гвен. - Я сказала, что перестану вам надоедать.
Мужчина снова сердито посмотрел и вернулся к ключу.
- Капитан ушел. Док ушел. Каждый палубный матрос, едва держащийся на на ногах ушел. Осталась только моя команда и эти наемные бездельники ушли и даже Тарки, но Тарки едва мог ковылять. Полагаю, это значит что и ваш Бенедикт тоже ушел.
- Ушли куда?
- Безродная шлюха - порождение туманной акулы и туннельной крысы! - прорычал Джонимен, дергая застрявшей рукой.
- О, ради всего святого, - вздохнула Гвен. Она подошла к каркасу и , прежде чем инженер смог возразить, с легкостью просунула более тонкую руку между прутьями, подхватила гаечный ключ и снова вытащила руку. Она развернула ключ в руке и передала его рукояткой вперед.
Джоннимен глазел на нее, ощетинившись усами. Затем он выхватил ключ и произнес:
- Тебе не стоит играться с корабельными системами. Если заденешь не ту дугу, получишь смертельный удар током.
- Именно поэтому я не трогала ни одну из активных дуг, - спокойно ответила Гвен. - В данный момент под напряжением находятся только самые верхние прутья, ведь так?
Джоннимен опустил, а потом вновь поднял брови.
- Ха. Полагаешь, что знаешь кое-что о кораблях, так?
- Я очень мало знаю о дирижаблях, - ответила Гвен. - Но у меня и в самом деле есть кое-какие знания об их системах.
- Ну конечно, - хмыкнул мужчина.
Гвен вскинула бровь.
- Я знаю, что левый верхний прут отклонился по крайней мере на два градуса. Из-за этого вы теряете эффективность. Вероятно поэтому здесь так тепло.
Инженер прищурился.
- И откуда такая уверенность?
- Тембр, - ответила Гвен. - С той стороны доносится лишний шум.
- Ха, - буркнул мужчина. Он поджал губы и посмотрел на нее изучающе. Затем встал, подхватил восьмифутовые подмостки и поставил их рядом с центральным кристаллом. Взобравшись на них, он слегка стукнул по клети Хаслетта. Затем слез обратно.
- Так-то лучше.
Гвен склонила голову на бок и прислушалась к гулу силового кристалла.
- Нет, - возразила она. - Вы это не исправили. Вы сместили его еще по крайней мере на два градуса.
Вероятно инженер на мгновение улыбнулся, хотя усы и скрыли это. Он крякнул, снова влез на подмостки и снова пристукнул клеть.
- Как теперь?
- Помогло, -ответила Гвен.
Джоннимен спрыгнул с подмостков, секунду разглядывал ее с ног до головы, затем перевернул гаечный ключ в руке и предложил ей рукоятку.
Гвен выгнула бровь и взяла его.
- И что мне с этим делать?
- Видела, над каким болтом я работал, не так ли?
- Да.
- Тогда ослабь его, если сможешь.
Гвен слегка покачала ключ в руке. Если капитан Гримм и Бенедикт ушли с людьми,они должно быть собирались драться. но она не знала где, и сомневалась, что сможет догнать их бегом в своем теперешнем состоянии. Если она будет просто сидеть и ждать их возвращения, она может сойти с ума.
Она кивнула, повернулась к клетке Хаслета и ослабила болт за несколько секунд. Не потому, что она была экспертом, а из-за маленьких запястий и ладоней и ей было легче орудовать инструментами в ограниченном пространстве, чем инженеру.
- Верно, - сказал Джоннимен, когда она закончила. - Назад.
Она подалась назад и Джоннимен подал питание на нижнюю решетку. Прутья решетки у основания аппарата раскрылись, открывая взору кристалл в недрах устройства, словно мерцающий медный цветок. Бледно-зеленый свет, льющийся из глубины силового ядра "Хищника", заполнил трюм.
Гвен секунду таращилась на ярко-зеленый кристалл. Он был неправильно огранен. И был похож на естественный кристалл, напоминающий стержень светящегося изумрудного кварца, а затем ее глаза распахнулись, когда до неё дошло на что она смотрит. - Боже Всемогущий, - прошептала она.
- Мм-хмм, - подтвердил Джоннимен невероятно самодовольным тоном.
- Это же центральный кристалл первого поколения, - выдохнула Гвен. - Прежде чем стали делать грани. Сколько ему?
- По меньшей мере, несколько тысяч лет, - ответил Джоннимен.
