Ко мне были приставлены два парня. Один из них выглядел как гора, и даже один его взгляд уже пугал меня. Второй был поменьше и более приятный. Пока я был внизу в гостиной или на кухне, или даже во дворе — эти двое всегда находились на расстоянии пяти шагов, и только в спальне я оставался в полном одиночестве. Сперва меня очень сильно напрягали эти двое, но со временем я привык и даже дал им прозвища: Шкаф и Тумбочка. Ровно так же я и относился к их присутствию в комнате – как к предметам мебели. После того дня, как заходил Хосок, прошла неделя. Он не появлялся, и слышно от него ничего не было. Я был рад ровно настолько, насколько вообще мог чувствовать какие-либо эмоции.
Как-то вечером я ошарашил Шкафа, сказав, что хочу по магазинам. На самом деле мне не нужна была одежда и вообще ничего не нужно было, я просто хотел выйти из этой тюрьмы и сменить картину перед глазами. Шкаф долго звонил, как я понял Хосоку, и потом объявил, что можно.
Все-таки в Меннаме невероятно красиво. Мои слова о том, что я хочу по магазинам, «мебель» позади меня поняла буквально. Стоило мне на что-то засмотреться или отойти, они начинали возмущаться и показывали мне на очередной бутик. В результате я скупил кучу как нужного, так и ненужного мне барахла. За все безропотно платил кредиткой Тумбочка. Он же купил мне кофе, и мы выехали обратно к моей «тюрьме».
Я не знаю, что произошло, и почему я вообще это сделал. Но как только мы въехали в лес и сбавили скорость, я прямо на ходу открыл дверь и выскочил из машины. Я сразу же побежал в сторону рощи, рассчитывая спрятаться за деревьями и кустами. Я приблизительно понял, что стоит лишь выйти за пределы леса, и можно будет увидеть начало города, а там без проблем можно поймать любую попутку. Выглядел я вполне прилично и без проблем поймал бы машину. Главное было добраться до шоссе.
Конечно же далеко я не убежал. В машине мне казалось, что дорога незамысловатая и я смогу без проблем выбраться из леса. Я ошибся и заблудился. Таким образом я петлял по лесу около часа, потом меня нашли собаки, которых спустили мои “охранники”. Меня не били, не ругали и вообще ничего не спрашивали. Просто затолкнули в машину и привезли в особняк. Я даже не разобрал вещи, просто раскидал их по гостиной от злости и свалился на диван.
Конец POV Hyungwon
Клуб TheHills. Меннам.
Придя в клуб, Джухон сразу поднимается в VIP. Хосок сидит на любимом диване и курит. На этом же диване, положив голову на его колени, лежит ухоженный и очень красивый парень лет восемнадцати. Свободная рука Хосока гуляет где-то в районе груди парня под его прозрачной кофтой, которая и так почти ничего не скрывает. Джухон подходит и садится в кресло напротив. Ли сразу заказывает выпить и закуривает сигарету.
— Я думаю, к концу следующего месяца мы с Хейдженом закончим, но самое тяжелое все еще впереди. Я бы в Отке применил химическое оружие и снова бы отстроил район, чем как сейчас ходить, выискивать и избавляться от нежелательных элементов. Трата моего времени и финансов, — говорит Хосок и затягивается.
— Ты очень жесток. За последние две недели казни превысили по числу то, что было за последний год! И вообще, мы вроде никуда не спешим, — говорит Ли, отпивая янтарного цвета жидкость из принесенному ему бокала.
— Спешим. Чем быстрее я закончу с этими двумя районами, тем раньше я нападу на Плейг. И весь Лебон будет принадлежать мне, — твердо отвечает Шин.
— Откуда такая жажда абсолютной власти? Ты бы мог и раньше все захватить, даже при более благоприятных условиях, но ты это не делал. Что такого произошло, что ты сейчас хочешь все и сразу?
— А это разве плохо? Разве не этим должен заниматься глава района? — говорит Шин, — Малыш, сходи погуляй, — обращается Хосок к парню, который, сразу встав, вальяжной походкой направляется к двери.
— Джухон, если тебе что-то не нравится в политике, которую я провожу, ты можешь мне так и сказать. Освободить душу, так скажем. Но я сразу предупреждаю, мне похуй на то, что ты думаешь, — четко и с ухмылкой говорит Хосок.
— Не груби мне, — не сдерживается Ли.
— А то что? — шипит ему в губы Хосок, резко, через столик притянув того за ворот рубашки ближе.
Джухон сильно отталкивает Шина, который, так же ухмыляясь, откидывается на спинку дивана.
— Такое поведение и эту жажду крови я уже видел, когда ты только пришел ко власти. Тогда я ее оправдывал тем, что ты был не в себе из-за произошедшего с твоими родителями и тем, что тебя это сломало. В принципе, именно твоя кровожадность и жестокость в то время сделали тебя тем, кем ты являешься сегодня. Но сейчас ты и так уже коронованный король Лебона, тебе не надо никому ничего доказывать. У тебя есть все, и я не понимаю, почему тот Хосок вернулся, это меня пугает. Очень сильно пугает, — говорит Джухон и залпом допивает виски.
Хосок отвлекается на звонок мобильного.
«Ты уверен? А он был один? Куда они смотрели? Сам разберусь.» — это было все, что Джухон смог расслышать из разговора Шина.
