"Прививающийся должен знать:соблюдение сроков проведения очередной прививки строго обязательно, перенос даты привики не допускается. Запрещается употребление каких-либо спиртных напитков в течение всего курса прививок и шести месяцев после его окончания. Следует также избегать переутомления, переохлаждения, перегревания. В течение двух месяцев после окончания прививок против бешенства нельзя делать какие-либо иные прививки. Нарушение указанных правил препятствует выработке иммунитета к бешенству, может не предупредить возникновение заболевания или привести к тяжелым осложнениям со стороны нервной системы. В случае позднего обращения вакцинация может оказаться неэффективной."
В июне 2005 года я решил, что настало время покинуть кошкинский травмпункт и подыскать себе что-либо более приличное. В Большую Москву устроиться было заманчиво, слыша чуть ли не ежедневно о «лужковских» доплатах, вдобавок, там обязательно сдирали такие деньги непосредственно с пациента, что дух захватывало. Но туда, в один конец, надо было бы «таскаться» minimum 2 часа в переполненных электричках и туго набитых вагонах метро. Да и не так просто это оказывалось – куда-либо устроиться в Москве, просто войдя с улицы. Поэтому я выбрал наиболее простой путь – приехал в Шишкино, в соседнюю ЦРБ и предложил заведующему травматологическим отделением свои услуги. Это был пожилой, ныне покойный, человек, ставший заведующим в 60 лет. В ординаторской сидели два его «подпиралы» – доктора запенсионного возраста с кислыми лицами. Зав. был тогда очень со любезен, спросил меня о причинах ухода, я ответил, что «травмпункт себя исчерпал», и мне хотелось бы найти более спокойную работу в дневное время, соответствующую возрасту и квалификации. Что ж, работа такая в шишкинской ЦРБ имелась – там пустовали три поликлинические ставки, плюс была возможность взять на полставки дежурств.
Этот вариант устроил меня как нельзя лучше. На прежнем месте мне, как говорится, «включили зелёный свет на всех перекрёстках», и я менее чем через сутки после подачи заявления «по собственному», уже получил на руки трудовую книжку. Д-р Коршунов ходил радостный, но очень психовала Наталья, весьма комфортно устроившаяся за моей спиной – фактически заведовал травмпунктом я, а зарплату получала она, появляясь там раз в неделю, и лишь для того, чтобы нас всех между собой перессорить.
– Морду Вам за это набить бы, – угрюмо напутствовала она меня.
Ещё бы, у неё как раз вовсю шли платные пятимесячные курсы по остеопатии, а теперь вот приходилось их бросать и заниматься своими прямыми обязанностями! Хе хе…
Так что как раз ко Дню Медицинского работника я обрёл новое место работы.
С Приказом № 297 в этой ЦРБ дело, казалось, обстояло в полном порядке. Антирабический иммуноглобулин в травмотделении имелся в изобилии, и КоКАВа было полно – как в холодильнике местного травмпункта, так и в перевязочной в травмкабинетах поликлиники (их было два).
Районным рабиологом был самый молодой и самый красивый доктор – ординатор травматологического отделения. Как и любой нормальный травматолог, он постоянно жил с двумя мыслями в голове 1. на что бы выпить сегодня 2. с кем бы потом переспать. При этом д-р Дёмин М.М. ещё немного оперировал, дежурил и вёл палаты. К своим антирабическим обязанностям он относился… никак не относился, совершенно не вмешиваясь в процесс. 40% доплаты за должность он воспринимал как должное.
