Как-то случился конфликт на тральщике. Науськанные меньшевистскими подпевалами, матросы чуть не выбросили за борт моего друга Васю Чистякова:
- Он большевик, немцам предался. Я бросился на выручку:
- Бросайте и меня вместе с ним. Вы знаете, я ни в одну партию пе вхожу: не большевик и не меньшевик, в эсерах и в анархистах не состою. А с Васей согласен. Давайте лучше его послушаем, потом обсудим, прав он или нет.
Вася рассказал о сложной обстановке в Крыму, призвал матросов не идти на поводу меньшевиков.
Но не все были с ним согласны. Меньшевики и эсеры приняли решение "бороться против солдат, отказывающихся идти на фронт".
ВСТУПАЮ В КРАСНУЮ ГВАРДИЮ
В конце 1917 года я вступил в Красную гвардию, в 1-й Черноморский отряд. Воевать мне и моим товарищам пришлось не на море, а на суше, против всякой контрреволюционной нечисти.
Первые бои мы вели с белогвардейскими полками, отозванными с фронта, и специальными татарскими отрядами. Их объединил махровый черносотенец, полковник царской армии Мокухин. Он же, воспользовавшись недовольством богатых татар-мусульман, способствовал созданию "Крымско-татарского правительства" (курултая), которое ставило своей целью отторгнуть Крым от России. К Мокухину примкнули бежавшие из северных районов страны тысячи белогвардейских офицеров.
Поначалу курултаевцы добились определенных преимуществ и заняли Бахчисарай.
В один из декабрьских дней революционный комитет Севастополя объявил тревогу: загудели гудки судов, стоявших на рейде. Все, кто мог держать оружие, кинулись на вокзал: белые вместе с войсками татарских националистов заняли Бахчисарай. Вскоре 60 теплушек с рабочими и матросами ушли к Бельбеку. Командовал нами бывший поручик царской армии Андрей Толстов, человек очень умный, опытный и решительный.
Он быстро разбил нас на боевые единицы: четыре теплушки - отряд, назначил командиров. Я тоже стал во главе 150 человек, а моим заместителем Толстов назначил матроса с дредноута "Свободная Россия" Николая Донца. Часть бойцов во главе с матросом Михаилом Долговым осталась охранять Камышловский мост на подступах к Бахчисараю. Бахчисарай дался нам тяжело: когда наши отряды подошли к городу, нас встретил сильный ружейный огонь. Бой был тяжелым и долгим, но, когда мы заняли город, в Бахчисарае не оказалось ни одного военного или вооруженного человека: все они спрятались.
Назавтра мы приняли бой под Альмой, выбили оттуда врагов, несмотря на сильный артиллерийский огонь. Дальше наш путь лежал в Симферополь.
В середине января 1918 года в Симферополе установилась Советская власть. Комендантом города был тогда Николай Николаевич Чесноков. При нем я и стал "начальством" в первый же день. Правда, очень ненадолго.
Вызвал Чесноков меня к себе, налил из фляги вина:
- Пей.
- Не могу.
- Пей, я тебе приказываю! Отпил я несколько глотков:
- Больше не могу, хоть убей.
- Вот и хорошо,- обрадовался комиссар,- доверяем тебе исключительное дело - охрану винных погребов и складов.
- Посерьезней задания не нашли,- обиделся я.
- Это очень серьезно. Винные погреба и склады для белогвардейской сволочи - козырной туз. Выгодно ей напоить всю нечисть - воров, бандитов, чтобы они по пьяной лавочке устроили в городе погром, свалив все на большевиков. Есть сведения, что все погреба будут открыты. Задача ясна?
- Ясна, товарищ комиссар. А что, если ликвидирую я все эти запасы?
- Валяй.
Что тут началось! Я выливал на землю бочку за бочкой.
От одного запаха опьянеть можно.
Пришел я к Чеснокову.
- Товарищ комиссар, ваше поручение выполнено, вино предано земле.
Тот так и ахнул:
- Все?
- Все.
Крякнул Николай Николаевич, но ничего не сказал.
- Ладно, Папанин. Только скажи по чести - неужели сам ни капли не пригубил?
- Товарищ комиссар, обижаете. Непьющий я, совсем.
- Н-да,- протянул Чесноков. Помолчав, добавил:
- Следующее задание будет таким: поддерживать в городе революционный порядок.
- Слушаюсь, товарищ комиссар...
Конечно, эпизод этот - лишь черточка общей картины тех дней. Он говорит только о моей молодости, но отнюдь не о методах работы Н. Н. Чеснокова. Был Николай Николаевич умным, дальновидным человеком, прекрасно разбирался в обстановке, сложнее которой и выдумать трудно, и действительно умел поддерживать в городе революционный порядок.
В декабре 1917 года в Севастополе власть перешла в руки большевиков, и вскоре были созданы Военно-революционный комитет, который возглавил Ю. П. Гавен, и военно-революционный штаб под руководством М. М. Богданова. В январе 1918 года ВРК возник в Симферополе. В марте была провозглашена Советская Соци листи-ческая Республика Тавриды, просуществовала она недолго - всего полтора месяца.
Рядовой революции, я в те годы - и это естественно - не мог представить всей сложности обстановки в революционном Крыму.
