Я придержал ведьму за руку, не дав отойти от себя. По спине пробежался неуютный холодок, невесть с чего заломило зубы, и правая рука сама собой опустилась к кобуре на поясе. Но за оружие хвататься не стал, просто расстегнул ремешок…
А вот пироманту выдержка отказала.
– Что за на фиг еще?! – возмутился он и сорвался с места. – Слушай, ты…
Лика выбросила вперед руку, и Напалм замер на полушаге, словно его приморозило к земле. И не приморозило даже, а попросту заморозило! Пиромант застыл совершенно неподвижно, только продолжил дымиться в длинных пальцах окурок папиросы.
Чары оцепенения ударили лютым холодом, но нас с Яной парализовать не сумели.
– Сдурела?! – взвизгнула светловолосая ведьма. – Какого черта творишь?!
Лика ничего не ответила; воздух вокруг нее заклубился морозным туманом, а глаза налились синевой. Синими стали и зрачки, и радужные оболочки.
И мне уже доводилось видеть такие глаза!
При воспоминании об этом в голове будто щелкнул выключатель, все стало ясно и понятно. Будто пешка поднялась над шахматной доской и впервые разглядела игровое поле целиком.
Я левой рукой ухватил косу Яны и, намотав ее на кулак, притянул девушку к себе, а в висок для надежности упер ствол выдернутого из кобуры револьвера. Руны на металле едва заметно мерцали, противодействуя заклинанию, заблокировавшему работу огнестрельного оружия.
– Не дергайся, – прошипел я уголком рта и для закрепления эффекта оттянул большим пальцем спицу курка.
От выстрела в упор не спасет никакой амулет, поэтому Яна застыла совсем как Напалм и, казалось, даже перестала дышать. А вот на Лику мой демарш никакого впечатления не произвел.
– Ну здравствуй, Лед! – усмехнулась она. – Давно не виделись!
Голос ведьмы изменился. Он стал иным, бесполым и бесстрастным, словно устами валькирии со мной разговаривал какой-то совсем другой человек.
– Не помню, чтобы мы встречались раньше, – ответил я.
Лика рассмеялась.
– Я – Координатор.
Именно так – с большой буквы. И я вспомнил молодого парня с пронзительно-синими глазами, который, как и ведьма, одевался в черную кожу. Координатор представлял Стужу, одну из сил чужого мира, откуда оторвало и затянуло в Приграничье Север и откуда через межпространственные туннели текла к нам магия.
Именно контроль над этими туннелями и рассчитывал получить Координатор, вынуждая меня принести ритуальные клинки, с помощью которых было создано Приграничье. Мы заключили сделку, но своих обязательств по ней не исполнили ни я, ни он. Так какого черта?!
– Гляжу, ты пол сменил, – рассмеялся я, собираясь с мыслями. – И даже кадык поправил!
Лика постучала себя пальцами по виску.
– Главное то, что в голове. Координатор – совокупность знаний. Мы все здесь. И Крис тоже…
– Брешешь, поди?
Но нет – синева глаз говорила сама за себя.
Лика рассмеялась и покачала головой.
– Лед, не стоит все усложнять. Просто доделай работу, на которую тебя подрядили, и разойдемся миром.
– Уговор был блокировать окна, не останавливая течение энергии! Какого хрена тебе понадобилось это делать?
Координатор улыбнулась мне, как несмышленому ребенку.
– Борьба за власть, разумеется, – сказал она. – Не здесь, не в Приграничье. В реальном мире, откуда приходит магия. Когда окна стабилизировались, через них начало уходить слишком много энергии, у нас началось потепление. Это плохо, очень плохо. Но процесс еще можно повернуть вспять. Мы закроем окна, перережем энергетические линии. На Приграничье это никак не скажется, просто лето будет холодным и коротким, да немного повысится энергетический фон. Все остальное останется по-прежнему, никто ничего не заметит. Но для нас на текущем этапе могут стать решающими даже эти жалкие крохи силы.
– У Стужи наступили тяжелые времена?
Лика не стала отвечать на мой вопрос и протянула руку.
– Ты отведешь меня к окнам, или придется искать их самой? Мы найдем их и без тебя, просто придется повозиться.
Памятуя о том, что Яна просила не говорить о неудаче с картой, я лишь ухмыльнулся в ответ:
– Дернешься, и я вышибу твоей подружке мозги. Карта у нее в голове. Больше расположения окон не знает никто.
Лика медленно покрутила шеей, послышался хруст позвонков.
– Лед, ты не понял! – Из ее голоса пропали последние отголоски эмоций. – Я не собираюсь объезжать все Приграничье и блокировать все окна! Еще одно или два, и начнется цепная реакция, вызванная глобальным перетоком энергии. Окна станут схлопываться сами собой. К осени все утрясется, и окна откроются заново уже в совсем других местах, но к тому времени дело будет сделано. Вопрос в том, готов ли ты умереть ради этих трех месяцев? Решай быстрее, сердце твоего приятеля не будет биться вечно. Я бы прикончила лысого урода прямо сейчас, но готова подарить ему жизнь в качестве аванса.
Напалм своей неподвижностью напоминал мраморное изваяние, и с белым же мрамором сравнялось цветом его лицо.
Я слегка ослабил хватку левой руки, но полностью косу Яны не отпустил и спросил:
– А что Лига? Их такой поворот не обрадует. Или они в деле?
