– Не могу я так, Бекки. – Тайра грустно вздохнула. – Знаю, дура. Но что уж теперь? Мне без него еще хуже, чем с ним. Каждую минуту думаю, где он и с кем. И порываюсь активировать виг-тон, чтобы узнать…
– Тэй, а Роберт тоже рвется узнать, что с тобой и где ты? За эти три дня он хоть раз с тобой связался?
– Бекки, ты же знаешь, что ему на меня плевать. – Подруга горько усмехнулась.
– Вот что, Тайра, – я решительно посмотрела на Тэй. – Хватит страдать по этому доргову Энскому! Поезжай к бабушке, отдохни, развейся, пофлиртуй с симпатичными парнями. А Роберт пусть сам тебя ищет, если ты ему нужна.
Я не стала говорить подруге, что Бобби и мизинца ее не стоит. Не стала убеждать, чтобы она разорвала с ним отношения. Не стала доказывать, что ей не нужен такой бабник, как Энском. Нет. Тэй должна была сама принять это решение.
– Думаешь?
– Уверена.
На этом разговор и закончился. Мы спустились вниз, поздоровались с матушкой, и Тэй порталом ушла к себе. А мне пришлось выслушать еще одну нотацию, на сей раз – от Мартина, узнать, что я под домашним арестом, и отправиться в свои покои дожидаться вечернего разговора с отцом.
– Ваше величество, я к вам с поразительными новостями. – Гивейский почтительно склонил голову перед императором. – Я только что вернулся из Ругдена…
Лорд Гринделл говорил что-то еще, но он не слышал ни слова. Напряженно вглядывался в до боли знакомое лицо и не мог сдержать бушующие эмоции. Артур. Передо мной стоял Артур! Те же серые глаза, тот же проницательный взгляд, та же серьезность и слегка усталый вид. Его брат. Любимый, но преданный им брат. Живой и невредимый.
Он непроизвольно сделал несколько шагов вперед и приблизился к сидящему за столом мужчине.
– Арт! – слетело с пересохших от волнения губ.
– Герцог? – Император вопросительно посмотрел на Гивейского. – Кто этот человек? И что он делает в моем кабинете?
– Вот об этом я и хотел вам рассказать, ваше величество, – спокойно произнес лорд Гринделл. – Это Себастиан Рональд Кимли. Бывший император и брат вашего…
Договорить Гивейский не успел.
– Я помню семейную историю, Алекс, – резко перебил его император и оторвался наконец от документов, которые до этого внимательно изучал. – Непонятно только, с чего ты решил, что этот рэй является моим дядей.
Его величество поднялся.
– Удивительное сходство, – после недолгого молчаливого осмотра, заметил он. – Совсем как на портретах. Значит, вы утверждаете, что вы – Кимли?
Серые глаза блеснули холодным льдом.
У него оборвалось сердце. Этот осмотр… В какой-то момент ему показалось, что сейчас Артур выскажет о нем все, что думает, назовет убийцей и предателем и выгонит вон. Больная совесть шептала, что так и будет. И он не заслужил ничего иного. И не вправе требовать другого отношения.
– Что скажете?
Он не стал ничего объяснять. Просто отпустил ледяную сущность, позволяя ей коснуться сердца стоящего напротив мужчины. Секунда, другая. Родовая магия Греллинов нашла отклик, и лед императора принял ее, признавая за свою. А он… Он почувствовал, что это не Арт. Нет, умом он все понимал, но потрясающее сходство Ричарда со своим отцом ошеломляло и заставляло забыть о прошедших веках и эпохах.
– Значит, легенды не лгут, – задумчиво заметил Ричард, и морозный узор сошел с его щек. – Проклятый император искупил свою вину годами ледяного одиночества и забвения.
Он вздрогнул. Слишком явственными были воспоминания о недавнем прошлом. Холод, тоска, отчаяние. И невозможность что-либо изменить. И безнадежность, разъедающая мозг почище кислоты. И слова, прозвучавшие однажды в темноте его склепа.
Он до сих пор боялся закрыть глаза, опасаясь снова очнуться в неподвижно застывшем теле. И до сих пор чувствовал отчаяние неумирающей души. Проклятие. Оно настигло его. Единый не простил того, что он натворил, и наказал сполна.
– Что ж, могу сказать только одно – не мне спорить с волей богов, – после небольшого размышления произнес Ричард. – Если они сочли нужным вернуть вам жизнь, то… – император неожиданно запнулся. – Кстати, а как именно это произошло? – повернувшись к Гивейскому, резко спросил он. – И как с этим связана твоя поездка в Ругден?
– Дело в том, что в Ругден меня вызвала Ребекка, – ответил лорд Гринделл. – Она… Я отправил ее туда в наказание за небольшую провинность, – пояснил герцог. – Так что первой лорда Кимли увидела именно моя дочь. Если исключить несколько десятков ее друзей.
– Значит, Ребекка, – задумчиво повторил император. – И почему я не удивлен? – Ричард усмехнулся и добавил: – Если в Сартане что-то происходит, в этом обязательно будет замешана леди Гринделл, так ведь, Александр?
– Увы, ваше величество, – вздохнул лорд Гринделл. – На его лице застыло сожаление.
– Готов поспорить, Ребекка уверяет, что непричастна к пробуждению лорда Кимли, – задумчиво произнес император. – Я прав, Алекс?
– И снова увы, ваше величество, – развел руками Гивейский. – Именно так она мне и сказала. Слово в слово.
– Зная Бекки, трудно поверить подобному заявлению.
