Пока он не вывернул своё «НО», быстрее перевожу стрелки разговора в нужное направление:
— Уф! Вот за что я тебя уважаю, так это за понятливость! Хороший ты мужик, Петрович, надёжный, как топор. Спасибо, что всё понимаешь даже если я не могу нормально выразить свои глупые женские мысли, — да, я тоже умею слегка подначить, но не в этот раз, меня просто обрадовала его понятливость, и отсутствие настойчивого желания требовать «своего», в таком случае я бы точно заняла круговую оборону.
Он словно услышал мои тайные мысли и продолжил:
— Э, нет! Ты какая угодно, только неглупая. Это меня очень в тебе удивляет и озадачивает, с другой стороны, такие условия, и Мишаня не по годам взрослый, может это у вас семейное?
— Да-да-да! Семейное! — киваю, улыбаюсь, что наконец-то нашёлся способ оправдать моё резкое изменение и скоропостижное взросление.
«Совещание» пришлось прервать, Федот вышел из бани с вёдрами, он нас, кажется, и не заметил, сейчас воды натаскает, протопит и можно идти мыться, причём, раздельно.
Я резко поворачиваюсь и пытаюсь сбежать в дом, раз уж мы всё выяснили и спать с «незнакомым» мужчиной я не обязана, пусть даже по документам он мой муж.
— Стой! — муж ловит меня за локоть и возвращает на исходную позицию.
— Что? — замираю, не понимая, ведь вроде обо всём договорились. Или он вспомнил своё «НО!».
— У нас не может быть фиктивный брак, это не шутки, и когда приедет княгиня, начнёт за нами следить, и первая донесёт, что мы спим в разных комнатах.
— Кто где спит, её не касается.
— Поверь, дорогая, её это очень даже касается. Она наизнанку вывернется, чтобы опорочить нас и наш союз. Говорю тебе сейчас, чтобы ты успела до утра настроиться, потому что стоит княгине переступить порог, и нам придётся играть роль. А артист из меня так себе…
— Ну да, конечно! Артист из тебя отличный, вот прямо сейчас такой убедительный, что в дрожь бросает. Но спать мы будем отдельно!
— Отдельно так отдельно. Но в одной комнате! И это не обсуждается! Я в тюрьму не хочу, и не хочу, чтобы наш дом в столице, в котором сейчас живёт сестра, продали за штраф. Так что любовь или ничего! Хотя бы при княгине нам придётся. Обещаю, приставать не буду, но спать мы должны в одной комнате. И хотя бы три поцелуя в день.
Вот какой, а! Но слова «НАШ» дом в столице я услышала, и мне этот вдруг понравилось. Он не жадный, и серьёзно настроен. Но как торгуется, а! Добавлю-ка ему «разменную монету»:
— И пять нежных взглядов, два объятия и четыре ласковых слова? Ты себя-то послушай! Мы о чувствах говорим, вроде всё понял, я уже успокоилась, а тут снова началось! Всё, надоело, я устала, голова болит, день был невыносимым! И не зли меня.
— И не пытаюсь, но у меня комната широкая, я туда с Федотом кровать перенесу для тебя. И не спорь, жена!
Наш бестолковый спор зашёл в тупик, обычно такие «распри» заканчиваются поцелуем, но у нас они закончились криком Мишани:
— Спасайтесь! Княгиня едет!
— Не думал, что скажу это, но я даже рад её приезду, ты теперь просто обязана спать в моей комнате.
— Я храплю! — рыкнула, резко повернулась, махнув подолом, и поспешила в дом. Сейчас у нас начнётся третий акт Мерлезонского балета. Прима заявилась, а у нас ещё декорации не готовы.
— Твой храп как соловьиная трель, под которую крепче спится, дорогая, если бы ты хоть раз послушала настоящий храп в казармах, вот там храп.
— О боже! Я подумаю над твоим заманчивым предложением! Главное, чтобы ты не храпел! Милый!
— Я думаю, что к нам пожаловала женщина, от храпа которой наш дом потеряет крышу, стёкла со звоном рассыпятся, а штукатурка потрескается. Так что возьми меня под руку и пойдём встречать нашу мучительницу.
В этом потоке информации я потеряла нить логики и пожалела только об одном, что мы не успели поужинать без неё и в баню сходить.
Завернули за угол и вот оно, явление княгини Дюжиной собственной персоной.
— Что, голубки, думали, что я не приеду? Надеялись, что ваш балаган некому раскрутить и вывести на чистую воду? Ошибаетесь, я буду следить за каждым вашим шагом, докажу, что ваш брак — это подлый сговор, чтобы обобрать меня!
Выслушали её грозное рычание, отреагировали все по-разному.
Миша сбежал в комнаты.
Маруся с Федотом переглянулись, они и не знали, что мы поженились.
А муж с таким победным видом посмотрел на меня, что и без слов прочиталась фраза: «А я что говорил? Убедилась?»
Вместо ответа вздыхаю и довольно громко говорю Федоту:
— Будь добр, помоги моему законному мужу перенести мою кровать в его комнату, и да, мы вчера поженились.
— Совет да любовь! О, у меня по этому случаю наливочка имеется, ой и знатная. Маруська, на стол собирай, свадьбу отмечать будем!
Вот так внезапно «трагический» вечер перерос в тихий семейный фуршет, княгиня к нам не присоединилась. Однако привезла с собой служанку, лакея и кучера, заняла дальние комнаты и так там громко чихала от пыли, что нам её даже жалко стало. Но на войне, как на войне, теперь пыль — это наше тайное оружие! Посмотрим, как долго она выдержит.