Леди Арт (СИ) полностью

Отчего-то на ум пришла глупая старая примета о том, что выходить замуж — да и вообще совершать значимые ритуалы — перед Восхождением — плохо и не сулит ни счастья, ни успеха. Звезда взойдёт, разгорится, как мимолётное счастье, а потом они вместе погаснут и наступит вечная чёрная полоса. Хелена не верила в это, она сама скорее стала бы плохой приметой, чем позволила чему-то — или кому-то — ей помешать. Она бы пошла под венец, даже если бы земля крошилась под ногами. Но примета теперь неприятно покалывала сознание.

Хелена тряхнула головой, словно пыталась так избавиться от мысли. Всё худшее, что могло, случилось. Она уже ничего не боялась.

По крайней мере Хелене так казалось. И уверенность эта наивно жила в ней, пока ворота в очередной раз не отворились и не въехала огненно-красная карета; золотые драконы обнимали её двери.

Хелена положила ладони на стекло. Её никто не видел: зачарованные окна с улицы казались стенами, — а вот она видела всех. Гости, как один, обернулись и замерли. Лакей открыл дверь. Элиад и Агнесс Керрелл, оба одетые в пастель, тут же собрали вокруг себя поздравляющих.

Братья Керреллы вышли следующими. Филипп обыденно серьёзный, но в непривычно светлом камзоле с высоким воротом, и Эдвард (у Хелены перехватило дыхание) в белом кителе с золотыми погонами, пуговицами и окантовками на воротнике и манжетах — и с васильково-синей лентой на груди. Он улыбался, отвечал на посыпавшиеся со всех сторон комментарии, поздравления и напутствия, но Филипп, что-то шепнув Эдварду на ухо, увёл брата в собор.

Хелена вздохнула, моля всех богов, всех духов и само Небо, чтобы всё было хорошо, и не обратила внимания на то, что воздух дрогнул, пошёл рябью из знакомой древней энергии. Очнулась она, только когда его голос раздался за спиной:

— Всё свершится настолько скоро, — сказано тихо, томно.

Хелена закрыла глаза. Один был слишком близко, никак не притвориться, что не слышишь, не чувствуешь.

Он положил руки ей на плечи, сжимая и приближаясь сильнее.

— Ты прекрасно выглядишь. — Его губы почти касались уха. — Я мечтал увидеть тебя в этом платье.

Воздух похолодел, словно открыли окно, и Один отшатнулся: его руки будто пронзило ледяными спицами.

Хелена стояла неподвижно, прямая и напряжённая, на него не смотрела, но чувствовала его злость и смятение.

— Не трогай меня, Один. — Её голос звучал глухо, но резко. Ногти впились в кожу на ладонях. — Не смей ко мне прикасаться.

— Я ничего не сделаю. Никто ничего не узнает, — прошептал Один и попробовал приблизиться ещё раз, но снова наткнулся на невидимую преграду.

Она впивалась в кожу, морозила, оставляла на ней ледяные корочки, совсем как те, какими Хелена пыталась сковать ему руки в день, когда Эдвард Керрелл сделал ей предложение. Вся её злость, весь страх снова сплелись в отчаянную попытку защитить себя и свои границы. И Один мог бы их сломить, но вместо этого решил поддаться ей, отступить.

— Значит, так? — спросил он.

— Так. — Хелена повернулась. Взглянула на Одина уверенно и твёрдо. — Я не хочу, чтобы ты ко мне прикасался. Ты уже получил, что хотел. Хватит. Я выхожу замуж, Один.

Он привык действовать: дотрагивался до её лица, целовал, делал всё, что хотел, будто у него было на это право. И она больше не хотела ему это право давать. Не сегодня. Никогда больше.

— Ты выбираешь его? Почему?

— Серьёзно, Один? — Она нервно рассмеялась. — Ты не понимаешь? Тебе тысячи лет, а ты разбираешься в людях хуже, чем ребёнок! Я выбрала его — и никогда не выбирала тебя! — потому что он умеет находить слова, после которых мне становится не так плохо, как обычно. Он никогда не назовёт меня пылью и не посмеет воспользоваться моей слабостью, когда я этого не хочу. А ещё он тёплый, и честный, и забавный, и, в конце концов, потому что он человек и любит меня по-человечески! Мне не нужна твоя вечность, замки на небесах или где они там. Я боюсь тебя, Один. Я тебе не доверяю. А я хочу быть уверенной хоть в чём-то. Хочу… спокойствия. Так что уйди. Пожалуйста! Оставь меня. Ты уже сделал достаточно.

— Прекрасная речь, Хелена, — выплюнул Один, прищурившись. — Можешь наслаждать своим тёплым-честным-забавным. Но помни: наш договор в силе, и тебе ещё понадобится моя помощь.

— Не понадобится.

— Не зарекайся. Твой прекрасный принц с огненным мечом — ничто против него. Как спичка под дождём. А теперь, раз уж вы так хотите, ваше высочество, — он окинул её взглядом, — я исчезну, не буду портить вам свадьбу. Но помни о моих словах, Хелена.

Он хмыкнул — и исчез.

А Хелена наконец глубоко вдохнула, расслабила руки и спину, и на пол осели крошечные снежинки.

До церемонии оставалось полчаса.

Хелена пойдет одна. Эдвард понял это, когда сэр Рейверн появился в зале раньше ожидаемого и поклонился, прижав руку к груди. После он встал правее от алтаря и на ступень ниже. По левую сторону стоял Филипп. Эдвард стоял там же на свадьбе брата, а у Анны — так как мадам Керрелл не удалось выманить у неё ничего о друзьях и родственниках — была ее компаньонка.