— К слову. — Сэр Рейверн со вздохом осмотрел разлетевшиеся по всему кабинету бумаги и призывным заклинанием приманил расписной конверт. Тот выскользнул из-под листов и приземлился ему в ладонь. — Завтра состоится важное совещание восточного Альянса. Я буду там днём. Вечером же Вильгельмина де Монтель устраивает закрытый приём с ужином и танцами в своём имении. Это — официальное приглашение. Её величество слишком слаба, чтобы присутствовать. Я один не поеду: балы — не моя среда, а с её высочеством нам лучше какое-то время не пересекаться. Так что, — он улыбнулся, протягивая приглашение, — поздравляю: вы сопровождаете леди Арт.
Один молча принял конверт и, кивнув, покинул кабинет.
У дверей комнаты Хелены его остановили и попросили уйти. «Приказано никого не впускать. Ни под каким предлогом». Один совсем не удивился и спорить не стал. Просто исчез. Ведь сколько бы она ни запрещала ему приходить, сколько бы заклинаний и стражников не выставляла вокруг своей комнаты, он мог обойти всё. И он обошёл. И теперь смотрел из тени, как она глушит рыдания в подушке. Усталость и дурные вести оставляли свои следы, и они были глубже, чем невидимые царапины монстра-Уныния, который довольно мурчал, помахивая хвостом.
Приём начался в светлой просторной гостиной зале, выдержанной в приглушённых тонах серого, бежевого и болотно-зелёного. Всё строго, без излишков: ни вызывающих деталей, ни вензелей, даже картины в прямых рамах без резьбы, а на вазонах из узоров — лишь борозды. Классика, какой и ожидаешь от светской дамы глубоко в годах.
Хелена знала всех из немногочисленных гостей мадам Монтель, и компания её не особо радовала. Почти все — мужчины, большинство годится ей в отцы. Они косились на неё с подозрением, а в ответ получали милейшую улыбку и вопросительно выгнутую бровь. Один, навалившийся на спинку её кресла, едва слышно усмехался.
— Ты выглядишь так, будто ненавидишь их всех.
— Когда я спрашивала ваше мнение? — не переставая улыбаться, отозвалась Хелена и тут же повернулась к открывшимся дверям.
Все стихли. Вошли двое мужчин. Оба прямые, статные, полностью в чёрном. Только один смотрел на всех с непоколебимой уверенностью и едва заметной усмешкой, будто не видел никого равного себе, а второй обвёл собравшихся быстрым хмурым взглядом и больше ни на кого не смотрел. К ним обернулись все. Сверлили взглядами: кто заинтересованными, кто недоверчивыми. Элиад Керрелл сделал вид, что ничего не произошло вообще, и вернулся к диалогу с отвлекшимся лордом Вейера, советником не сумевшего приехать короля.
Старк поморщился и ушёл в угол. Подцепив широкий лист стоящего там растения, уже оттуда он наблюдал, как Ариес с самым приветливым видом здоровается со всеми, с кем успел познакомиться на приёме несколько дней назад, и знакомится с теми, с кем не успел. Сие милейшее действо прервал камердинер, от лица хозяйки вечера приглашающий всех в обеденную залу.
Мадам Монтель уже сидела во главе стола, и её прозрачно-серые глаза смеялись, наблюдая за нарочито вежливой борьбой за самые желанные места по обе руки от неё. Ариес скользнул на одно и с галантностью захватил всё внимание. Он смотрел в лицо, рассыпался комплементами и рассказывал то же самое, что и всем. Хелена задумчиво смотрела то на него, то на Старка, который сидел рядом с братом и старался держать лицо. Получалось не очень. И за улыбкой, которую он то и дело натягивал, чтобы ответить мадам Монтель, сверлящей его внимательным взглядом, скрывалось желание исчезнуть из этого дома и никогда больше в нём не появляться.
Хелене было его жаль, она даже подумывала поговорить с ним, но перевела взгляд на Ариеса, а он поймал его и улыбнулся. И мысли о Старке улетучились вмиг. Взмахнув ресницами с кокетливой улыбкой, она повела плечами и отвернулась.
Один смерил её взглядом, но ничего не сказал.
— Я не хочу, чтобы мы были вместе на публике, — заявила Хелена ему сразу после ужина. — Люди уже думают, что мы вместе.
— А ты этого не хочешь.
Не вопрос — утверждение, но она ответила. Глаза её при этом блестели строгостью и властью. Той, которой Один восхитился совсем недавно. Которую Хелена не боялась использовать против того, кто заведомо сильнее её.
— Нет. Не хочу. И не нужно меня никуда забирать. Вы хотели быть телохранителем — будьте. Но не прикасайтесь ко мне, пока я этого не хочу.
И Хелена, коротко и не весело улыбнувшись, упорхнула от него к мадам Монтель. Эта дама редко оставалась одна, и просто кощунством было бы не подойти к ней, пока это не сделал кто-то другой.
— Ваше превосходительство! — Хелена сверкнула улыбкой и присела в реверансе.
— О, Хели, — заулыбалась в ответ мадам Монтель и взяла её за руки. — Ты такая красавица сегодня! Ой, не дуйся, милая. Ты всегда красивая, но сегодня!.. Как здоровье её величества?
Всё ещё держа за руки, мадам Монтель усадила Хелену рядом с собой на небольшой диванчик, стоящий между двумя раскидистыми растениями. Листья одного щекотали открытую спину.
— Маме лучше, — Хелена пожала плечами, — но врачи считают, что ей не стоит переутомляться и лучше отдыхать в постели.
