Глава 27. Некроманты и мятеж
...серый человек знал, что легко не будет.
И честно говоря он даже не был уверен, что из этой затеи получится хоть что-то. И пусть на каждом втором некроманте висела метка, но... серый человек был уверен: этих меток недостаточно.
...кроме некромантов найдутся желающие подвинуть императора.
Иначе зачем явились Киннахи, которые принципиально не посещали балы уже лет десять как? А вот Ульфары оставили женщин дома, мол, приболели...
- Страшно? - лайра Исабелла подала бокал.
- Вам бы уйти...
- Нет. Это слишком подозрительно... обрати внимание, они несколько... растерялись.
Музыка.
И танцы.
Слуги с подносами. Дамы в тени... некоторые вышли на балкон, и вправду, в бальной зале душно. Недовольная шиммерийка окружена братьями и кольцом стражи. Все ж нехорошо будет, если императорская невеста, пусть и необъявленная, погибнет.
Впрочем, людям даны четкие инструкции.
- Сейчас раздумывают, что им делать... - лайра Исабелла кому-то кивнула и подарила улыбку. - И боюсь, все равно атакуют...
Она поморщилась и пожаловалась:
- У меня от этой магии мигрени начинаются.
Серый человек поверил бы, если бы не знал, насколько она сама серьезный маг.
- И все-таки...
- Не стоит, дорогой, - она ласково погладила его по щеке. - Я уже пожила изрядно и... если что-то могу сделать для моего внука, я сделаю это. Постараюсь собрать женщин... думаю, самое время перейти в салон... только учти... они поймут и тогда...
- Учту.
Она взмахнула рукой, призывая свиту.
И вот как это получается? Ни приказов, ни распоряжений, но спустя несколько минут вокруг лайры Исабеллы собралось дюжины две дам.
Смех.
И кажется, кто-то что-то рассказывал... она милостиво слушала, кивала... кому-то грозила пальцем... сама открывала рот, но серый человек не слышал слов.
Сердце его застучало, что барабан.
Десять.
И дамы идут к дверям...
...девять.
Их провожают взглядами. Одни - настороженные. Другие - недоумевающие. Шиммерийка хватает брата за руку, и тот, наклонившись к самому креслу, что-то говорит.
...восемь.
Решимость.
И тех, кто не присоединился к лайре Исабелле, спешат подтолкнуть... что-то должно произойти, и это чувствуется шкурой. Даже старый Хенналь, которые в последние годы приходил вздремнуть, утверждая, что лишь в круговерти бала засыпает особенно крепко, очнулся ото сна.
Обвел пустеющий зал мутным взглядом и, вздохнув, сказал:
- Опять мутите... на плаху всех...
...семь.
Огненная стрела вошла в сердце, оборвав долгую жизнь некогда славного полководца.
- Всегда меня раздражал, - признал Алхарби, потирая руки. - Что ж, господа, пожалуй, пришла пора...
...он запнулся.
Покачнулся. И рухнул на землю в судорогах. Как и шестерка магов из первой десятки.
...метка сработала. И Серый человек мысленно кивнул: угадал.
- Даже так... - Микхай не стал тратиться на чары. - Думаете, поможет?
Он обращался к серому человеку и тот пожал плечами: он не привык гадать. Он сделал, что должно, а как оно будет...
...боги знают.
...четыре.
Шиммерийка поднялась с кресла. Ее бы раньше увести, но упрямая девка отмахивалась от стражи... а теперь вот поняла...
- Не так быстро, лайра, - Микхай смахнул метку.
И надо полагать, не он один. Правда, позабыли, господа маги, что метки бывают разными. И потому сиреневая искра в ладони умерла нерожденной. С Микхаем на пол осели еще семеро...
...нехорошо. Серый человек рассчитывал на большую удачу. Надо было сразу все активировать, но и у его сил есть свой предел.
- А я ведь предупреждал, - мрачно произнес старший Авьер, стряхивая пыль с камзола. Трое его сыновей, молчаливых и на свою беду покорных отцовской воле, повторили жест. - Надо было этому ублюдку сразу горло перерезать, а теперь вот...
- Дуракам туда и дорога, - бледноликий фон Штрау, последнее дитя некогда славного рода, сбил пылинку с кружевной манжеты. - А убить всегда успеем... начать стоит с очаровательной лайры, которой вздумалось сунуться туда, куда лезть не стоит... шиммерийка-императрица...
Он плел заклятье медленно.
Не сводя с растерянной девицы взгляда. А та окаменела, оцепенела и только моргала. Твою ж... серый человек добавил пару слов покрепче, слышанных в той его жизни, о которой он предпочитал не вспоминать. И стража, которой вменялось защитить невесту императора, все же решилась.
Кто-то дернул девку за руку.
Кто-то подхватил под другую. И потянули, поволокли, забыв о вежливости.
...если выживет, он этих обалдуев свиней охранять пошлет. Ведь ясно же было сказано: увести. А что она не желала... нет, дотянули до последнего.
Слишком долго. Тонкие пальцы Никхара выплетали заклятье ловко. И бледно-сиреневая завеса поднялась, развернулась радугой, правда какою-то выцветшей.
- Не стоит спешить.
Молчавший до того Вильгельм фон Оритц щелкнул пальцами, и радуга рассыпалась.
А стража, наконец-то, утащила шиммерийку.
- Даже так? А мне казалось, ты с нами...
- Казалось.
- Молчаливый сочувствующий... я ведь говорил, что от таких сочувствующих добра не жди, но...
Щелчок.
И темный ядовитый туман, в котором вспыхивают болотные огни. Воняет падалью. Кто-то кричит. Кто-то хрипит. Кто-то молча падает на пол. А пола уже и не видать.
...он давно стал болотом.
Мягким.
Жадным.
Готовым поглотить все и вся... их много, куда больше, чем предполагал серый человек, и собственные силы его, пусть шуткой богов немалые, тают стремительно.
И вспыхивает, но тут же гаснет альвийское зеленое пламя.
...получается держать щиты, и бледный Оритц удостаивает его благодарственного кивка. Он слабее других, но отступать не собирается, как и трое приятелей.
...двое.
...а этих много... и стража не справляется.
Стражи больше нет, а из болота, из открытых окон, которые появляются прямо в воздухе, выпрыгивают твари. Мелкие и шустрые, закованные в броню и щетинящиеся иглами.
Что-то вцепилось в ногу, но боль лишь подстегнула.
Сегодня он умрет.
Жаль... так и не побывал в орочьих степях...
Серый человек пинком отправил тварь в угол, но по ноге разливалась немота. Выходит, ядовитая... и змеи были где-то там, в темном тумане, который поднялся до колена...
Дрожит бледно-зеленый купол, сдерживая натиск тварей. И хлюпает молот подгорника, который как-то оказался вдруг рядом... твари его опасаются, и это хорошо. Но мало... эти двое держатся рядом.
...смех.
И голос Никхара:
- А это и вправду весело... - из носа его шла кровь, но некромант не собирался отступать. - К проклятым богам императора... всех императоров! Да здравствует союз некромантов!
Смех его сменился клекотом, и Никхар, схватившись за горло обеими руками, захрипел, но устоял.
...гвардия рубила тварей, но те были быстры. И ловки. Они уходили от ударов, в то же время карабкались по доспехам, находя любую щель.
А окна не исчезали.
И в них уже ломились существа куда более крупные, вида преотвратного. Этак и дворец затопит.
...подмога не приходила.
...особые части, которые расквартировали в городе, чтобы предотвратить беспорядки и, значит, беспорядки все-таки были.
...во дворце.
...и надо держаться, пока есть силы... и сил нет, а все равно держаться. Надо так...
...он, кажется, оперся о стену, еще удивился, что та приятно тепла, а дворец содрогнулся. С потолка посыпалась штукатурка и мелкий камень. Жаль будет, если эта громадина просто-напросто рухнет.
Или не жаль?
Он пропустил тот момент, когда все изменилось. Закрыл глаза, на мгновенье всего, а когда открыл, то увидел перед лицом раззявленную пасть, полную кривых острых зубов. Тварь дыхнула дохлятиной, а он только и сумел, что отвернуться.
Потом вдруг голова твари лопнула, и кто-то спросил:
- Живой?
Серый человек кивнул и от кивка покачнулся, почти упал, если бы не крепкая рука.
- Живой... Наник, тут еще один!
- Сколько раз говорить, чтобы ты не называл меня так...
Альв был величественен и прекрасен, как подобает альву. Зеленые одежды его развевались, будто шел он не по болоту, в котором что-то плюхало, чавкало и суетилось, спеша забиться в какой-нибудь угол, но по дворцовому паркету.
Он потер руки, избавляясь от невидимой грязи, и ледяная ладонь легла на лоб серого человека.
- Яд мшырла, - сказал он, поморщившись. - К сожалению, уже распространился по крови, поэтому не уверен, что...
- Уверен или нет, а делай...
...орк был огромен и серокож. Лицо его, украшенное пятью ритуальными шрамами, было столь же уродливо, сколь прекрасен лик альва.
- Я-то сделаю, но ты, Иххр, занялся бы...
Альв стряхнул что-то мелкое и визжащее, щелчком пальцев обратив его в пепел.
- ...а то не переступить, право слово... не дворец, а...
- Откуда...
- Молчи, человек, тебе твои силы понадобятся... мы сделали то, что должно... теперь главное, чтобы и вы не отступили.
Говорил он определенно не про серого человека.
Тот закрыл глаза.
...все будет хорошо. Наверное.
Когда-нибудь.
***
...она жила, то ли во сне, то ли наяву.
Похоже, что все-таки во сне, именно там сиял теплым золотом пол. И музыка лилась, прекрасней которой она не слышала.
Кланялись люди.
И в глазах их лайра Орисс читала восторг.
Императрица...
...она шла, отчего-то босая, облаченная в белую хламиду, не особо чистую даже, кажется, но никто из подданных не смел указать ей. Да и то дело, она ведь Императрица, что хочет, то и носит, хоть шелка, хоть хламиду.
- Что ж ты убегаешь, любовь моя? - поинтересовался тот, кто стоял к ней спиной. - Я так ждал тебя, а ты?
- Что я?
Ее сердце замерло.
И застучало.
Куда подевалась любовь? Та самая, сводившая ее с ума в последние дни? И почему неодобрение его больше не ранит?
- Смерть тебя освободила, - сказал он, поворачиваясь. И она закричала...
...закричала бы, если бы не ладонь, зажавшая рот.
- Тише, деточка, - сказали ей хрипловатым надтреснутым голосом. - Пожалуйста, тише... ты же не хочешь его спугнуть?
- Кого?
...лик того, кто стал ее мужем, смертью обрученный, был на редкость уродлив. И ее передергивало от отвращения, стоило вообще подумать о нем.
- Того, кому мы с тобой задолжали, верно? - он убрал руку ото рта. - Болит?
Болит.
В груди. И еще на душе, потому что получается, она вновь осталась одна, она всегда оставалась одна, хотя и окруженная теми, кто готов был восхищаться.
Почему так?
Самая красивая? Талантливая? Блистательная, а... все равно одна? И никому-то из мужчин, она не нужна...
- Ничего, затянется... магичка? У магичек это быстро. Ты полежи, я завесу кину, ладненько? Только не засыпай, ладно?
Орисс кивнула.
Постарается. И когда человек встал, она ухватила его за руку.
- Не уходи, пожалуйста...
- Не уйду, - он погладил ее по щеке. - Далеко не уйду. Тут побуду... пока...
- А потом?
- А потом, деточка, тебе лучше держаться от меня подальше, - со вздохом признался он.
- Почему?
...она задавала этот вопрос раньше, очень давно, когда была еще не великолепной лайрой, но лишь девочкой, желавшей знать, куда уходит мама.
И почему.
И еще почему ей нельзя с родителями, и... и потом она поняла, что в вопросах нет смысла: никто на них не ответит. Да и лайры в ответах не нуждаются, они принимают мир таким, как он есть.
- Потому что я очень плохой человек... не удивляйся. И вправду плохой... по мне костер плачет... и я уйду, так правильно будет, - этот шепот согревал, и еще ощущение присутствия рядом. - Не связывайся с некромантами, деточка...
Наверное, он вновь ее убаюкал, иначе как Орисс пропустила момент, когда странный спутник ее исчез? Зато появился другой.
Глава гильдии принес свет - зеленоватый светлячок завис над его ладонью.
- Даже так, - произнес он задумчиво. - Деточка, нехорошо убегать от судьбы...
...камень.
И кровь на камне... кровь вокруг камня... кровь узкой дорожкой уходящая куда-то в сторону... Ульрих, кажется, еще живой. Он смотрит на Орисс и, кажется, смеется. Почему?
Потому что видит то же, что и она. Эта дорожка крови, которая так манит взгляд, обман. А лойр Фитцгольд слишком самоуверен, чтобы допустить саму мысль об обмане.
Он велик.
И почти всемогущ... он склоняется над дорожкой... и исследует камень, на котором виден смазанный отпечаток ладони... и идет.
- Деточка, ты меня, конечно, поразила до глубины души. Такая воля к жизни... такая сила... теперь понятно, почему выбор пал на тебя... и мне, безусловно, жаль... но тебе придется вернуться... ты не можешь умереть где-то там...
Он наклонился и потому пропустил удар по голове. Покачнулся.
Устоял.
Почти.
Человек в грязном черном одеянии, выдававшем в нем некроманта, с силой опустил обломок камня на голову лойра Фитцгольда. И ударил вновь. И вновь. Он бил даже когда глава Гильдии рухнул на землю... и когда голова его превратилась в месиво крови и костей... а светлячок, выкатившись из раскрытой ладони, погас.
Именно тогда Орисс и услышала плач.
***
Тьма пела.
Ее музыка отзывалась в душе моей, заставляя камень наполняться силой. А тот, который наблюдал за представлением, был терпелив.
Он знал, что я принесла ему венец.
А Ричард монеты.
Он вытащил их из кармана и, сунув мне в руку, сказал:
- Их надо... уничтожить...
Поздно.
Монеты вспыхнули, и Ричард не удержал их. На его ладони остался красный отпечаток с императорским профилем.
- С... сволочь, - сказал Ричард и руку потер о куртку. - Уходите... уходи, пока не поздно. Он хочет забрать у меня душу.
Я же смотрела за монетами.
Катятся.
И катятся. И кружатся, выпуская бледные нити спрятанного заклятья. Оно прекрасно, ажурная конструкция, будто птица, сплетенная из лунного света.
Взмахнет крылами и...
...и взмах.
Птица села на ладонь мертвеца и вошла в нее.
...надо было что-то сделать, но... я лишь смотрела, как стремительно обрастают плотью кости.
Кожа.
Волосы.
Глаза восстановились последними, и несколько мгновений мертвец оставался отвратительно безглазым, но...
- Так-то лучше, - произнес он высоким звонким голосом, который заставил всех вздрогнуть, и заклятье неподвижности спало. - А то надоело, знаете ли, оставаться в таком виде...
Взмах руки.
И пальцы шевелятся.
- Слухи о чудесных свойствах камня оказались несколько преувеличенными... - он слегка поморщился.
Император был...
Прекрасен?
Совершенен?
Нечеловечески хорош собой? И даже я, привыкшая к облику Альера, замерла, завороженная совершенным этим творением. Правда, стоило моргнуть, и очарование исчезло. Красив, да, но не настолько же, чтобы голову терять, а если настолько, значит, голова мне не особо нужна.
- Нетленности увы, не получилось, а в остальном... - он обвел нашу компанию взглядом. - Надо же, Аль-Ваххари, твои творения весьма быстры и живучи... это раздражает...
Щелчок пальцами, и оба аррванта вспыхивают белым пламенем.
- ...как и сам ты...
Второй щелчок...
- Не беспокойтесь, ваше величество, - этот шепот коснулся моей щеки дуновением ветра. - Я исполнил задуманное...
- Тварь...
И молчаливый гуль осыпался горсткой пепла. В этот момент я поняла, что все-таки умею ненавидеть. И убью... даже если сейчас не выйдет, все равно убью.
Когда-нибудь.
И смерть его будет мучительна.
- Низший... пожалуй, ты забавен. Я тебя оставлю. Считай это благодарностью за помощь...
...Ричард, кажется, застонал.
- ...моя дорогая родственница... пожалуй, так даже лучше будет... определенно, так будет даже лучше... мне нужны дети с сильной кровью.
- Не от тебя.
Щелчок пальцами и я зажмурилась, но... ничего не произошло.
- Защита... конечно, этот ублюдок отдал сокровища, вот только не тому, кому должен, - Император произнес это задумчиво, с некоторой нотой сожаления. И подозреваю, сожалел он о собственной поспешности, даровавшей Верховному судье столь легкую вторую смерть. - Защита - это хорошо... характер и того лучше... с тобой, женщина, мы разберемся позже... сейчас мне интересен ты, самозванец...
- Клинок... - шепот Альера заставил вздрогнуть.
- Не подсказывай...
Щелчок.
И смешок Альера.
- На меня у тебя, дорогой мой потомок, силенок маловато...
- Это пока маловато, - Император явно был в хорошем настроении, иначе не позволил бы столь своевольного обращения с собственной особой. - Но не переживай, полагаю, со временем мои силы вернуться ко мне полностью... никогда нельзя доверять исполнителям. Вечно напортачат...
Он поднялся и с легкостью спрыгнул на пол.
Движение легкие. Текучие.
Клинок...
Я должна... что? Ричард с трудом на ногах держится, он явно потерял много крови, ему и дышать-то больно, куда уж ввязываться в бой... а я? Мне напасть на... пожалуй, у меня есть шансы, только...
- Если бы они сделали то, что нужно, я предстал бы во всем великолепии, дорогая моя невеста.
- Я не...
- Это пока, - согласился он. - Но я умею убеждать... к примеру, ты ведь согласишься, что его вот шкура стоит некоторых усилий... а его жизнь? Или хотя бы легкая смерть...
Я сглотнула.
И все-таки не отвела взгляда. Глаза у Императора полупрозрачные, будто из хрусталя вырезанные. И смотреться в них, что в бездну.
- Но мы поговорим об этом немного позже...
- Оставь ее, - Император шагнул к нам и встал между мной и воскресшим. А мне подумалось, что надо бы имена спросить, а то как-то слишком уж много императоров в одном месте собралось.
- Наглый, как и твой предок... надеюсь, он сдох в мучениях?
- Скончался от старости в собственной постели.
- Какая жалость...
Светская беседа, только, сдается мне, эти двое ждут повода, чтобы вцепиться друг другу в горло.
С другой стороны...
...мысль была неожиданной, но вполне логичной.
- ...ничего, я воздам все тебе, это будет справедливо, - Император щелкнул пальцами, но вновь ничего не произошло, и это, кажется, несколько расстроило Императора.
Даже понимаю...
Один раз - это понятно, но когда постоянно магия не срабатывает, это начинает беспокоить.
- Та клятва еще действует, - развел руками наш император. - Ты не способен причинить мне вреда...
- Любопытно...
Рукоять клинка легла в открытую ладонь императора.
***
...Ричард все же держался.
Тьма шептала.
Напевала.
Вздыхала. И обещала сделать его счастливым.
Нельзя поддаваться.
Нельзя слушать.
Нельзя...
Он закрыл глаза, потому что так было легче.
...все было неважно.
Император.
И мужчина в простой одежде, стоявший между Императором и Оливией. Кажется, он тоже император. Венец на ее голове... а она Императрица. Это ведь логично, когда Императрица идет под руку с Императорам, а всяким некромантам не место.
...плохо-плохо.
О чем-то говорят, но Ричард...
- Уступи мне, - шепот Альера раздался в голове. - Ты не справишься сам.
Нельзя.
Если впустить духа, то...
- Я оставлю твое тело тебе. Для меня подыщем кое-что получше...
...тьма предупреждала. Нельзя не слушать предупреждения тьмы...
- Хорошо...
Императоры говорили.
Тихо и зло. И кажется, что-то такое должно было произойти, но Ричард закрыл глаза и пропустил. Наверное, многое пропустил, потому что, когда сознание его вернулось, он обнаружил себя стоящим над телом Императора.
Клинок в руке.
Кровь на другой, и не понять, чья - его или Императора. Бок ноет. Голова кружится. И тьма счастлива: теперь Ричард принадлежит только ей.
Он покачнулся.
И не устоял, потому как пол вдруг вывернулся из-под ног. Кажется, кто-то закричал, так жалостливо... и мама, наверное, расстроится.
Женить его она так и не успела.
А Ричард почти дозрел.
***
...лайра Орисс встала.
Ей было так тяжело. Каждое движение давалось с немалым трудом. Она положила руку на грудь, чувствуя твердую корку крови. Но рана не исчезла, она там, под коркой, только и ждет, чтобы разойтись. И тогда она умрет.
Сказано же, сидеть.
И ждать.
И кто-нибудь обязательно поможет... ее будут искать... наверное.
Она всхлипнула и вытерла слезы: не будет она плакать. Хватит уже того, что плачет кто-то рядом. В темноте...
- Я здесь, - шепотом сказала она, протянув руку. Та коснулась жестких волос.
Пыльных.
И грязных.
Забранных в короткий хвост.
Кожа теплая. И грубая... щетина... никто из ее знакомых не допускал появления щетины, и раньше это казалось важным.
Она села рядом и обняла человека, который спас ей жизнь. Взял и спас.
Почему?
Просто так? Никогда и ничего не бывает просто так, даже любовь. Особенно любовь. И еще вот слезы. Мужчины не должны плакать, а этот... его плечи часто вздрагивали и... и стыдно должно бы быть, а он не думал о стыде.
- Все будет хорошо, - сказала Орисс, не зная, что еще сказать. А потом попросила: - Забери меня с собой.
- Что?
Просьба, похоже, его несказанно удивила.
- С собой, - случайная мысль показалась донельзя удачной.
Не стоит возвращаться, потому что... там, наверху, Император... почему-то теперь ей казалось, что он жив и если так, то наверняка знает о ней все. И казнит.
Отец...
...сам выдаст ее Императору, спасаясь от гнева и демонстрируя, сколь верен он трону. Отец не стар. Женится, выберет кого-нибудь помоложе и с хорошей родословной. Жена родит ему детей и... об Орисс забудут, потому что не стоит держать в памяти лишних людей.
- Возьми, - она прижалась к теплому плечу. - Ты... ты ведь собираешься уйти, как пришел?
- Не знаю.
Ее обняли.
- Тебе к целителям надо... и отлежаться... а я, поверь, не самая лучшая компания для молодой лайры... вообще для кого бы то ни было.
Жаль, в темноте его лица не видать.
- Почему?
Теплый.
И надежный. И никто никогда не обнимал ее просто так... быть может, в детстве когда-то... то есть, она не была уверена, но надеялась, что хотя бы в детстве ее обнимали.
- Потому что однажды я могу захотеть убить тебя... просто взять и убить, - его пальцы сжали ладонь Орисс. - Например, сломать твои пальцы... содрать кожу...
- Ты меня пугаешь?
- Почему ты не пугаешься?
- Не знаю, - честно ответила она.
...и вправду стоило бы испугаться, он ведь не шутил. А страха не было.
- Зря... у меня руки в крови... да что там руки, я сам в крови по горло. Еще немного и захлебнулся бы... не заметил и захлебнулся бы... и теперь мне бы по совести к судьям пойти. Сознаться. Только страшно... судьи пытать станут. Потом колесуют... это больно. А я боли боюсь.
- Все боятся.
- Да... а самому... жить охота... даже таким вот конченным уродам, как я, охота жить, девочка... только ж совесть спокойно не даст... пока я слушаю, я нормальный, а как... к альвам одна дорога. Они таких вот видят насквозь...
- Тогда и я к альвам.
- Зачем?
А чтобы она знала. Просто... просто это показалось вдруг правильным.
Почему бы и нет?
***
Я точно знала, в какой момент все изменилось. Ричард вздрогнул и начал медленно сползать по стене. Император шагнул к Императору и в какой-то миг они стали невыносимо похожи друг на друга. Будто человек и его отражение.
И клинок в руке портил картину.
- Что ждешь? - поинтересовался воскресший. - Не получается? А ведь это все та же клятва... думал, что если не ты ее давал, то не тебе держать?
Пальцы императора побелели, и клинок подрагивал.
- Какой упрямый самозванец, - Император покачал головой. - Но клятвы... такое дело, дорогой, с магическими клятвами шутки плохи.
...пальцы разжались.
Клинок выпал.
Зазвенел.
И я подумала, что, выходит, все зря.
- Почему... - тихо спросил он.
- Ты сейчас о чем?
- Мой предок много писал о прошлом... но никогда о мятеже. И я не пойму, что случилось... вы ведь были дружны...
- Друзья, как оказалось, слишком большая роскошь...
Я присела рядом с Ричардом, который дышал, но как-то неровно, часто и поверхностно.
- Ты останешься жив, - Император кивнул, соглашаясь сам с собой. - Почему бы и нет? Я даже не стану тебя увечить. Ошейник и колпак шута... место у подножия трона... право говорить все, что думаешь... роскошь. Видишь, я вполне милосерден по отношению к моему родственнику...
- Я не...
Император рассмеялся.
А Ричард открыл глаза и, сев, подтянул к себе клинок.
- Почему? Ты спрашивал... я готов ответить... эта сволочь соблазнила мою сестру. И та влюбилась... Императрица влюбилась! Ты когда-нибудь большую чушь? Она собиралась оставить дворец, меня... уехать куда-то там в провинцию, чтобы вести новую жизнь... я посмеялся... а она оказалась беременной. И заявила, что оставит дитя... что если я причиню ему вред, проклянет меня правом последнего слова. Это было неприятно, да...
Ричард двигался медленно.
Осторожно.
И я понимала, что он собирается сделать. Вот только ни помочь, ни помешать не могла.
Сердце ухало.
И все, о чем я думала - пусть у него получится... боги этого мира, если бы вы действительно желали, чтобы он вернулся, вы бы сами... так что пусть у Ричарда...
- Мне пришлось принять ее ублюдка и даже назвать его сыном... это было унизительно... из-за их глупости я лишился и любимой женщины, и друга...
- А отпустить?
- Ты бы отпустил? Император, который позволил унизить себя, быстро лишится и трона, и империи... и головы.
- Как ты?
- Это судьба...
...а и вправду похожи, только нынешний грубее, будто копия, сделанная наспех. Но в этой копии больше жизни чем во всем совершенстве оригинала.
Взмах руки.
И холод по ногам.
- Мне надоел этот разговор. Я больше не собираюсь повторять тех ошибок... женщин надо держать на цепи. А друзей - на другой. И все будет хорошо...
Нет.
Хватит игр.
И я сдавила виски, а венец полыхнул жаром. И жар этот стер призрачные цепи, вернув мне возможность дышать... и не только мне.
Ричард стоял.
И клинок в его ладони смотрелся гармонично.
Лед.
И жар. И кажется, грохот обвала, где-то рядом, но не настолько, чтобы отвлечься. Время становится вязким, и почти вижу, что произойдет.
Происходит.
Шаг.
Протянутая рука - Император уверен в силе своей, в праве и власти... Удар. Клинок с легкостью прошел сквозь кожу и плоть, и... и кажется, Император удивился.
- Надо же... а у тебя и вправду духу хватило.
Он потрогал рукоять клинка.
И осел на землю.
А следом рухнул Ричард. И, кажется, я закричала...
