― Ваше величество, вы вроде взрослый мират, а ведете себя как деревенский подросток, - она закатила глаза, рот приоткрылся, король на секунду потерял связь с реальностью. – Может, мы что-то решим с этой подушкой и я пойду спать? Мне завтра еще за ваше сердце воевать предстоит.
― Зачем вам мое сердце?
― Это метафора.
― Что такое метафора?
― Давайте этот вопрос отложим до завтрашнего вечера? И что-нибудь сделаем уже с этим!
Она старалась говорить тихо, чтобы стража не услышала посторонних голосов. Тирану это казалось трогательным и милым. И несмотря на то, что войдя в спальню он изолировал помещение, сам продолжал говорить почти шепотом, чтобы не портить атмосферу.
― У вас есть какие-то предложения?
― Можем заключить ее в кокон. Хотя, после того, что я здесь увидела, спать в этой спальне я бы точно не стала.
― В вашей спальне тоже может быть не безопасно.
― В моей спальне из магических предметов только паразит. И тот прячется под кроватью.
― Совсем нет магии? – удивился Тиран.
― Насколько я понимаю, туда у вас селят претенденток без магии.
― Значит, изолируем подушку, и перейдем к вам в спальню.
Рената наконец-то оторвала взгляд от постели и повернула голову в сторону Тирана.
― Зачем?
― Мне нужно иногда спать.
― У вас в распоряжении целый дворец. Наверняка там есть комната без смертельных заклинаний.
― Чтобы ее найти нужно время. А ваша спальня уже проверена.
Мать настоятельница смотрела на сундуки с испорченной одеждой и драгоценностями, которые император прислал Леди, и решительно не знала, что думать, а главное, что делать! На правах опекуна она потребовала от миратов объяснений, почему сундуки здесь без девушки? И что случилось с ее подопечной, если вещи превратились в мусор. Под внешним возмущением настоятельница прятала тревогу. Даже в молельной комнате она не могла просить Ифтарию только о том, чтобы с Леди все было в порядке, и чтобы в скором времени ее воспитанница вернулась с отбора. Живой и здоровой. Можно даже не здоровой. Главное живой, а на ноги ее здесь поставят.
Сообщать ли о происшествии императору, настоятельница пока не могла решить. С одной стороны, ей очень хотелось как-то повлиять на ситуацию. С другой стороны, она понимала, если тревога окажется ложной, привлечь императора в следующий раз не получится. Вот и сидела в тревожном ожидании, перебирая в голове знакомых шари, которые могли бы оказать ей содействие. Но никого по-настоящему влиятельного в подобных вопросах припомнить не могла.
Глава 18.
Я понимала, что желание короля ночевать в моей спальне, не было связано ни с его безопасностью, ни вообще с какой бы то ни было необходимостью делить со мной комнату. Это просто был королевский каприз. Сначала я пыталась объяснить ему это. Потом смирилась. Этот взбалмошный мират все понимал, но ничего не хотел слушать.
С одной стороны, я себя успокаивала тем, что чем больше времени мы будем вместе, тем быстрее восстановится его резерв. Но, что делать с Бухтенвилем, живущем в комнате?
― Готово! – торжественно сказал король, глядя на заключенную в магический пузырь подушку.
С подушкой ничего не происходило. Она просто парила в воздухе, как любой не магический предмет в вакууме. Глядя на это я уже не была так уверена в том, что видела этот туман, или в том, что он был настоящим, а не предметом разбушевавшегося воображения.
― Она так и останется здесь висеть?
― Хотите, заберем ее с собой?
― Не плохая идея. Я заберу подушку, а вы останетесь ночевать у себя.
Идея была так себе. Но в этот момент она мне казалась вполне разумной. Проклятье было изолировано, можно было бы прикопать ее под фонтаном, например. Пока не придумаю идею получше.
― Вы, Леди, правда, думаете, что я рискну жизнью той, от которой зависит мое собственное выживание?
Я промолчала. Посмотрела на короля и увидела нескрываемое торжество на породистом лице. Змеиный капюшон в этот момент самодовольно раздулся.
Открывая портал в спальню Ренаты, король чувствовал такой триумф, как будто только что победил в неравной битве с самым заклятым врагом, не меньше. Он видел смятение девушки. Она явно не хотела пускать его на свою территорию, и от этого победа становилась еще слаще.
Перед тем, как шагнуть в портал, король предложил своей спутнице локоть. Та отказываться не стала. Не потому, что нуждалась в опоре, а потому что знала, король ждет отказа. И погда теплая женская рука коснулась мирата, они сделали шаг вперед. Переход был быстрым. Занял всего одну секунду, не больше. Но Тирану показалось, что это была самая приятная секунда во всей его жизни.
Тиран не был мальчиком. У него был опыт общения и с миратами, и с льваями, и даже с нагинями. Но даже самые смелые ласки любовниц не волновали его так, как одно прикосновение этой женщины.