— По-моему, так и было, но ведь я уезжала. У меня был большой заказ в другом месте. Мне кажется, они потом поссорились. В доме жила гувернантка с ребенком. Потом с девочкой что-то случилось… Возможно, ее просто увезли. Но к чему вам все это знать?
— Меня интересует этот дом, потому что моя жена отправилась на его поиски. Она когда-то видела его из окна вагона.
— Так оно и было. Рядом проходит железнодорожная линия. Дом отлично виден!
Когда Томми ей все рассказал, миссис Восковен была поражена:
— Вы случайно не сбежали из какой-нибудь лечебницы?
— Мой рассказ дает основание это предполагать… Я считаю, что моя жена нашла этот дом. Она позвонила, что возвращается домой, но не приехала. Естественно, мне хочется выяснить, где она и что с нею произошло. Вдруг она навлекла на себя неприятности?
— Неужели это опасно?
— Я вообще не верил в эту историю, но жена ко всему отнеслась иначе…
— Женская интуиция?
— У нее это бывает. Вы не были знакомы с миссис Ланкастер?
— Никогда не слышала.
— Картина принадлежала раньше ей. Она подарила ее моей тетушке, находясь в доме для престарелых. Потом неожиданно уехала… Мы пытались ее найти, но не смогли.
— Боюсь, вы многое навоображали. Так можно дойти и до нервного истощения!
— Наверное, вы правы. Возможно, дело не стоит и выеденного яйца!
— Нет! — заявила миссис Восковен. — Есть одна деталь…
Томми удивился.
— В этой картине есть что-то странное, но я не могу понять, в чем тут дело. Он так много писал!
— А вы не помните, кому он ее продал или подарил?
— Это было так давно! Его картины нравились, их охотно покупали. На одной выставке было распродано буквально все.
— Я так вам благодарен!
— Но я еще не сообщила, что именно мне кажется странным.
— Очевидно, вы поняли, что это копия.
— Нет! Это картина Вильяма. По-моему, она называлась по каталогу «Дом у канала». Но она изменилась.
— В чем?
Миссис Восковен ткнула своим измазанным глиной пальцем под арку моста.
— Видите эту лодку? Ее раньше здесь не было!
— Кто-то ее дорисовал?
— Там вообще никогда не было лодок. И Вильям ее не рисовал. Это не его почерк. Рисовал кто-то другой.
— Но зачем?
Томми ничего не понимал. Правда, он не очень доверял миссис Восковен. Ведь она так давно видела картину. Возможно, она забыла о лодке. Она так сдержанно держалась… Нельзя определить даже, как она относилась к мужу. Ревновала? Презирала за слабости?
— Что вы намерены теперь делать? — спросила женщина.
— Поеду домой. Вдруг появились какие-нибудь новости от жены. Если нет, завтра же направлюсь в эти места.
