– Я вам скажу телефон, – пролепетала Саша.
– Не надо, – отмахнулся Леша, – через считаные минуты сам его найду.
– Записывайте, – взмолилась Саша.
– Да пошла ты, – отмахнулся Леша, – матери в юбку порыдай! Сикуха отстойная. Щенок туповатый. Тьфу! Девочки, за мной!
Мы поспешили за Алексеем, Саша побежала следом.
– Стойте!
Леша сел в машину, открыл свой ноутбук и крикнул:
– Эй, щенуля с мордой в соплях! Номерок-то начинается с семь девять ноль три?
– Ой, дяденька, не надо! Ой, пожалуйста, – зарыдала Саша и схватила меня за руку. – Тетенька, то есть девушка. Девочка! Вы молодая и красивая! Вот, вот, вот их номер!
Перед моим лицом появился айфон, на экране которого чернели цифры. Я быстро вынула свой телефон и сделала фото.
– Объясните ему, – канючила Саша, – мамахен не работает, она за счет папашки жила. А когда он ее, бабень крикливую, послал, маманька только ноет, ни фига не делает. Папа денег не дает. Мы существуем на мою рекламу. Тетя! Пожалуйста! Вы прямо супер! Джинсы у вас крутые!
– Ладно, – махнул рукой Алексей, – фиг с тобой, плесень! Пока срезай бабло. Но помни: я слежу за тобой. Шагнешь не туда – и рванет говновоз. Девчатки, по коням.
Мы быстро сели в машину.
– Как вы ловко узнали номер телефона, – пришла в восторг Валя.
– Она его сама показала, – пожал плечами Леша.
– Верно, но после того, как вы вычислили первые цифры, – продолжала восхищаться Игрунова, – сказали: семь и так далее.
Компьютерщик улыбнулся.
– С цифр «семь, девять ноль три» начинаются многие контакты одного из самых крупных мобильных операторов. Если бы она сказала: «А дальше?» Вот тут был бы конец истории. Но девочка испугалась.
– Я бы тоже от страха затряслась, – призналась Валентина, – а что такое стоп-аримс? Нахалка прямо побелела, когда это услышала.
– Понятия не имею, – сказал Алексей, – я придумал слово на ходу. Главное, говорить уверенно, и тебе все поверят. Она ребенок, наглый, несчастный, безнадзорный, отца нет, мать без ума, у Саши нет никакого уважения к взрослым. Деньги в голову ударили! На жизненном пути до сих пор ей нормальные люди не попадались. Но при всей хамоватости у Саши, как у всех детей, есть понимание: человек старшего возраста может знать больше подростка. Вот я и нажал на эту педаль.
– Не предполагала, что ты столь виртуозно владеешь суахили подростков, – поразилась я.
– А, это легко, – рассмеялся Леша, – они тащатся от фекального юмора. Думают: раз слово «говно» говорят, то они храбрые, умные и взрослые.
– Вы потрясающий психолог! – воскликнула Валентина.
– И это не единственный мой талант, – сказал Алексей, который никогда не отличался скромностью.
– Автоматический раскладыватель салата! – закричал Никита. – Мечта всей моей жизни. Лампуша, как ты узнала, что я мечтаю о нем?
– Ей во сне приснилось, – прогудел Костин, который приехал незадолго до нас и как раз снимал в прихожей куртку.
– Ребята, проходите, – пригласил нас Леонтьев. – Мы с Милой никогда никого не приглашаем в рестораны. Там отвратительно. Правда?
Худенькая брюнетка, которая стояла чуть поодаль от Никиты, кивнула. Мила делает на продажу игрушки. Любые, какие вы попросите. Мы знакомы с Леонтьевыми пять лет, и первый месяц общения я думала, что жена Кита немая. Но однажды, когда Никита наливал всем чай, Милочка прошептала:
– Дорогой, прости, но ты льешь мне на колени кипяток.
В этой фразе вся Милочка, она невероятно деликатна, интеллигентна, никогда не смотрит телевизор и большую часть времени проводит в своей мастерской, которая оборудована в цокольном этаже дома.
Родители Милы известные художники, у них был собственный дом в поселке Сокол. Со временем Москва поглотила поселок, и сейчас частные особняки оказались чуть ли не в центре столицы, они расположены неподалеку от метро «Сокол». Нынче в доме живут Никита, Мила, две собаки: Козетта и Розетта, еще кошка Устинья. Никита работает в техотделе под началом Алексея. Зарплата у Леонтьева приличная, но на нее гостей часто принимать не станешь, лукулловы пиры закатывать не удастся. Содержать большой дом дорого, ездить на иномарке, летать несколько раз в году за границу тоже накладно. Каким образом Никите удается связать концы с концами? Игрушки Милы пользуются огромным успехом, у нее много клиентов, нереальная работоспособность, а ее заказчики живут по всему миру.
– Мы решили, что отметим мою дату только с самыми близкими, – громко говорил Леонтьев. – Да, дорогая?
Мила кивнула.
– Я сам создал сет гурмана, – вещал Никита. – Пошли, нечего толкаться в холле. Мы сидим в каминном зале. Люди, встречайте, Вульфы и Костин.
Леонтьев распахнул двустворчатую дверь, мы вошли в большой зал, основную часть которого занимал П-образный стол, заставленный тарелками, фужерами, бокалами, стаканами. Вот только еды не было.
– Наконец-то появились, – с укоризной произнесла Катя, сестра Милы, – нам без вас есть не разрешили. А кушаньки-то хочется!
– Садитесь, – приказал Никита и встал во главе стола, – сегодня у нас обед Моцарта.
