Леди Печалей полностью

Замученные страхом жители Намарры не могут жить в достатке. Их заставили поверить, что путь к богатству лежит через грабеж достояния Империи.

В прошлом намаррцы никак не могли прийти к согласию относительно способа объединения в войне против нас. Но по какой-то неизвестной причине мятежники все-таки объединились.

— В письме ничего не сообщается о роли нежити в конфликте, — встревожено заметила Рохейн. — Может быть так, что предводители варваров придерживают ее в ожидании какого-то определенного момента, чтобы атаковать войска Империи в полную силу. Но почему? И что подтолкнуло какого-то смертного, пусть даже могущественного мага, заставить нежить почувствовать такую неприязнь к человеческой расе?

Герцогиня покачала головой.

— Существенный вопрос, — ответила она. — Мы его давно задаем себе. Но ответа не находим.

Через три недели после их приезда в Аркун пришло очередное письмо от Томаса Рифмача. Дочь герцогини Розамунда прочла его вслух.

Благороднейшей герцогине Роксбург, маркизе Картерхауг, графине Майлз Кросс, баронессе Оукинг-тон-Хоубридж, а также леди Рохейн с Островов Печали, хозяйке Аркуна. Я, преданный слуга Томас, герцог Эрсилдоун, приветствую вас.

Искренне надеюсь, что письмо застанет вас в добром здравии. Хочу сообщить последние новости. Продолжающееся расследование по делу сокровищ, найденных в Неприступных горах, и арест преступников, виновных в расхищении имперского имущества, показали, что на свободе остается немало их сообщников. Один из них, эрт Сианад Каванаг из графства Лохейра, известный также как Медведь, был задержан вчера в Каэрмелоре. Сейчас этот парень дожидается в дворцовой темнице решения Короля-Императора. Вполне возможно, что он будет приговорен к смерти за измену…

— Что? — воскликнула Рохейн. — Нет! Этого не может быть!

Она выхватила письмо из рук Розамунды, но не смогла разобраться в рунах и в отчаянии всплеснула руками.

— Эллис, мне необходимо уехать. Вивиана, пакуй вещи и предупреди, чтобы оседлали мою лошадь. Хотя нет, в такую погоду не добраться до города верхом. А всадник, который привез письмо, еще здесь? На спине у эотавра ведь много свободного места? Я полечу вместе с ним.

Герцогиня не задавала вопросов.

— Вы полетите на моем корабле. Доббен, беги и предупреди капитана, чтобы срочно готовил корабль к отлету.

— Спасибо, но чтобы поднять его в воздух, потребуется время. Нет, я полечу с Всадником Бури! — возбужденно возразила Рохейн.

— Их правила запрещают подобные вещи. Только Всадники Бури и еще несколько избранных Королем-Императором придворных имеют право подниматься в небо на эотаврах. Нечего паниковать, Летучий корабль будет готов вместе с вами.

Дворцовые казематы оказались не хуже подвалов в Башне Исс, а во многом даже лучше — не такие сырые, и стены не покрыты слизью, потому что коридоры вырублены в сухом камне. Подземелья хорошо освещались и вентилировались. Но все-таки это была тюрьма, и обстановка среди камня и железа, света факелов и теней создавалась тягостная. Монотонное течение времени нарушалось только стенаниями узников, время от времени меняющих друг друга.

Звеня связкой ключей, главный тюремщик шел впереди, показывая дорогу.

— Пожалуйста, скорее! — торопила его Рохейн.

— Крысы! — вдруг испуганно прошептала за ее спиной Вивиана. — Я слышу их!

Рохейн в ужасе остановилась.

— Крысы? Ради всего святого, не произноси при мне это слово. Я боюсь их больше, чем всю нежить Эриса, вместе взятую. — Но потом, с отчаянием посмотрев на удаляющегося тюремщика, пробормотала с сомнением: — Стражники прогонят их!

Девушки бросились догонять надзирателей.

— Скорее!

— Простите, миледи, но у меня вывихнуто колено. Я иду быстро, как только могу.

Рохейн могла рвать и метать, но заставить надзирателя прибавить скорость оказалось невозможно. Звяканье ключей и тяжелые шаги стражников эхом отдавались от стен.

— Оббан теш! — раздался голос из дальнего угла коридора. — Дадут мне хоть немного поспать с этим вашим топотом. Дарухшия, иди сюда, я сделаю так, что твоя правая нога будет под стать левой, ты, сгоррама самрин.

— Сианад!