Многие знали девушку, потому что часто видели, как она бродила по границам королевства, и если бы не собака Руфус, ее давно бы уже похитили.
Все взгляды обратились на принца, однако тот молчал. Тогда вышла вперед Светлая леди, чьей красоте можно было посвящать поэмы. Темные волосы, спрятанные в серебряную сетку, спускались почти до колен, серебристое платье, украшенное зелеными кружевами в форме листьев, удивительно подходило к глазам цвета морской волны. Леди засмеялась и сказала:
— Ашалинда, нам нравятся остроумные загадки, но еще больше — остроумные ответы. Ты сегодня доставила нам массу удовольствия. Мы были бы рады, если бы такая девушка жила среди нас.
— Золотые волосы талитянки нам больше по вкусу, чем грязные лохмотья сельского парня, — поддержала ее еще одна улыбающаяся леди.
В глазах Светлых читалась мудрость. Ашалинда не понимала, как они могут существовать бок о бок с нежитью, но потом вспомнила фразу из одной книги, прочитанной в библиотеке отца.
Человечек быстро подбежал к ней и безжалостно схватил за волосы. Пони занервничал и стал сердито фыркать. По спине девушки пробежал холод. Она вдруг заметила в безобразно торчащих волосах существа желтый цветок. Неужели он растет там, пустив корни в его череп?
Заговорил лорд Светлых. Как и все представители его расы, он был очень красив. Брошь из изумруда, оправленного в золото, скрепляла на плече плащ, на голове бархатная шляпа с несколькими пышными перьями.
— Чтобы найти дорогу в нашу страну, ты шпионила из-под ветвей старой яблони. Мы не любим шпионов. Кто-нибудь другой уже дорого заплатил бы за подобный поступок.
— У меня чешутся руки, как хочется вырвать глаза у этой лживой девчонки, — заявил Яллери Браун, умоляюще глядя на принца.
— Похоже, здесь не обошлось без помощи и совета Светлых, — вмешался еще один лорд.
Он был в пестрой одежде и шляпе цвета радуги. Ашалинде показалось, что она узнала его.
— Даже эта умная мошенница, — продолжал он, — не могла прийти сюда без помощи одного из наших людей. А вот утверждение, что она входит в плату, неправильное. В тот раз девочка не последовала за мной, а значит, не является частью платы.
Он улыбнулся, показав белоснежные зубы.
— Да, девушка, — добавил он, — я тот самый музыкант.
Конечно, Ашалинда должна была ненавидеть его, но, вопреки всему, он ей нравился, потому что Светлый не мог не нравиться. Наконец заговорил принц:
— Мне не очень нравится заключать соглашения со смертными.
— Мне тоже, мой господин, мне тоже, — зашептал Яллери Браун. — Смертные заслуживают самых сильных мучений.
— Пока что она не твоя, — перебил его хозяин. — Итак, мы подошли к последнему вопросу. Если девушка выберет правильную дверь, то она и дети уйдут, что будет их большой ошибкой. Если нет, ей и им достанется жизнь, которой будет распоряжаться Яллери Браун, а может, она сама станет строителем своей судьбы… или я. Отправляйся и выбирай.
Танцующие пары расступились, и Ашалинду проводили к дверям, которые она уже видела. Двери из серебра и дуба находились друг напротив друга, и около каждой из них, уставившись в одну точку, стоял, широко расставив ноги, угрюмый молодой человек с пикой в руке.
— Одна из этих дверей ведет в Эрис, — сказал Яллери Браун. — Другая — к твоему проигрышу. Ты, наверное, думаешь, что дети и ты сама являетесь единственными представителями Эриса в королевстве? Ничего подобного. Эти двое стражников, Иэйн и Каэлин Магрейны, сыновья-близнецы правителя Западных островов. Считается, что они утонули со своими товарищами в водах Корриэврэкана. Братья были глупы и невежественны, если решили, что смогут прокатиться на спине самого необъезженного коня Айи. Теперь эти молодцы хорошо усвоили урок, прослужив у Итча Уизже много лет. Им еще повезло, потому что их товарищей разорвали на части, и на берег выбросило только их печенки. И хотя братья похожи, как две горошины в стручке, они отличаются друг от друга, как день и ночь. С тех пор как их хозяином стал Итч Уизже, один из них всегда говорит правду, а другой лжет. Ты говоришь правду?
Страж у серебряной двери ответил:
— Да.
— Ты тоже всегда говоришь правду?
— Да, — подтвердил страж около дубовой двери.
— Ты видишь? Все так, как я сказал, — продолжал Яллери Браун. — Для нас это очень любопытно, потому что лгать умеют только смертные. Но ты, девчонка, не надейся, что мы подскажем, кто из них говорит правду, а кто лжет.
Очень бледный, но красивый молодой человек вышел вперед. На нем были облегающие зеленые доспехи, похожие на раковину морского животного, на лбу красовалась лента, расшитая жемчугом, а коричнево-зеленый плащ цвета водорослей прикрывал плечи. Однако, несмотря на привлекательность, над ним висела тень необъяснимой злобы.
