К тому времени как горничная миледи посокрушалась над несъеденным завтраком и помогла Изабел переодеться в очередное серое платье, пришел ответ от мистера Нэша. Он будет рад принять ее милость по такому-то адресу на Рассел-сквер в конце дня. Если это ей подходит, конечно. Дом, который он рекомендует, весьма хорош и идеально подойдет другу герцога Ардмора.
Хмм…
Изабел знала, что копирует Каллума и даже хмурится точно так же. Рассел-сквер, модный район – значит, дом очень дорогой. Но посмотреть нужно.
Она написала, что согласна, и отдала записку посыльному.
Первая половина дня была посвящена визитам. Они с Люси поехали сначала к леди Тисдейл, потом к миссис Родерик и вдовствующей леди Мортимер – у всех женщин были сыновья, вполне годившиеся в мужья. Очень часто мать искала невесту сыну усерднее, чем сам сын. Люси вела себя тихо, как всегда, но манеры ее были безупречны, и если и не поражали, то, во всяком случае, и не оскорбляли взор.
Возможно, девушка сожалела о неудачной попытке выдрессировать Бринли, хотя Изабел заверила ее, что считает происшествие очень забавным.
Они вернулись на Ломбард-стрит, чтобы умыться и переодеться, после чего позвали Бринли и пристегнули к его ошейнику длинный кожаный поводок. Кучер Джейкоби подал к входу ландоле Изабел, и женщины, подсадив песика, уселись сами.
До Рассел-сквер легко можно было добраться пешком, но на многолюдных лондонских улицах кучеру пришлось довольно долго лавировать между экипажами, дворниками и бегущими по поручениям слугами. Когда они приблизились к Рассел-сквер, обычный городской шум постепенно стих, поглощенный деревьями в центральном парке.
Ландо остановилось перед домом. Бринли с радостным лаем выпрыгнул и принялся носиться возле экипажа, пока Джейкоби помогал спуститься Изабел и Люси.
Септимус Нэш с ключами в руке ожидал их у парадной двери. Он был высоким, тощим и имел привычку наклонять голову набок и скептически рассматривать окружающее, отчего невероятно походил на старую ворону.
– Леди Изабел, мисс Уоллес! – воскликнул он, и как только леди поднялись на ступеньки крыльца, низко поклонился и неприязненно уставился на Бринли. – Животное должно оставаться на крыльце, пока я показываю дом.
Изабел и без того намеревалась оставить Бринли с грумом, но гнусавый голос Нэша вывел ее из себя.
– Животное будет сопровождать нас с моей подопечной, поскольку тоже будет здесь жить.
Она подхватила конец поводка, намотала на руку и намеренно проигнорировала тот факт, что Бринли беззастенчиво поднял лапу у одного из серых камней, обрамлявших высокие деревянные двери.
– Прекрасно. Вы, без сомнения, отметили, как здесь красиво. А парк? Позже, если пожелаете, можем прогуляться по нему.
– Мне действительно понравился парк.
Выросшая в сельском поместье отца Изабел иногда тосковала по простору полей и лугов.
– Нет никакого сомнения, что здесь просто великолепно. Но сначала давайте посмотрим дом.
Она намотала поводок на руку еще туже, поскольку Бринли уже принюхивался к лакированным туфлям Нэша.
– Обычно я не показываю дома женщинам, – признался Нэш, отпирая дверь, – но для друга герцога Ардмора сделал исключение.
Люси искоса взглянула на Изабел. «И вы промолчите? Спустите ему это замечание?» – говорил ее взгляд.
Конечно, Люси не собиралась молчать и спускать Нэшу оскорбление.
– Насколько мне известно, песик мужского рода. Вероятно, это поможет. И почему вы не желаете показывать дом порядочным женщинам вроде нас? – осведомилась она и, широко раскрыв глаза, прошептала: – В этом есть нечто неприличное?
– Господи, нет! Но это большой дом, где управлять слугами следует твердой рукой.
Он не ошибался насчет размеров – это становилось понятно, стоило лишь взглянуть на широкий каменный фасад: три этажа плюс мансарда. А уж сколько комнат, и вовсе не счесть.
– Если вы уверены, что тут нет ничего неприличного, – смилостивилась Люси, – полагаю, можно посмотреть дом.
Нэш негодующе шмыгнул носом. Дверь бесшумно открылась, хорошо смазанные петли даже не скрипнули, и они оказались в просторном – почти в три раза больше, чем в доме Изабел, – вестибюле: паркет из мраморных плиток, шелковые обои и приятный запах пчелиного воска и лимонного масла. Лишенный мебели, он казался еще просторнее, чем был на самом деле, с широкой и величественной лестницей.
Изабел сразу поняла, что дом не купит, и высказалась, заглушая цоканье когтей Бринли по мрамору:
– Прелестно, но не уверена, что мне это подходит.
Она взяла с собой собаку назло Нэшу, но дом покупать не собирается.
– Я так понял, вы хотите иметь соседей из светского общества.
Нэш склонил голову набок и уставился на нее похожими на пуговицы глазками.
Изабел отдала Люси поводок Бринли.
– Скорее из порядочного общества. Я не говорю, что жажду иметь соседом Анджелеса, но готова уехать из Мейфэра.
