Леди Полночь полностью

– Мне понравилось, – продолжил Марк и подошел ближе к ней. – Как будто я снова скакал над землей с Охотой и чувствовал на губах кровь небес.

– Хм, так Джулиан, пожалуй, сказал бы только под действием наркотиков, – пробормотала Эмма и осмотрелась по сторонам. – Где мы? Это и есть точка пересечения лей-линий?

– Она вон там. – Марк показал на темную расселину у подножия холма.

Пока они шагали к ней, Эмма дотронулась до рукоятки Кортаны. В этом месте ей было не по себе – может, конечно, она просто чувствовала силу точки пересечения лей-линий, но возле самой пещеры у нее по коже пробежали мурашки, и это заставило ее усомниться в таком простом объяснении.

– Трава примята, – сказала она и обвела рукой пространство перед пещерой. – Утоптана. Кто-то ходил здесь. И даже не в одиночку. Но на дороге нет свежих автомобильных следов.

Марк осмотрелся, вскинув голову, как принюхивающийся волк. Он был босиком, но ему, похоже, не составляло труда ходить по неровной земле, колючкам и камням, которые валялись в траве.

Раздался резкий звук – у Эммы зазвонил телефон. «Джулс», – подумала она и вытащила телефон из кармана.

– Эмма? – раздался в трубке глубокий, мягкий голос Кристины. Она казалась встревоженной, и это тотчас вернуло Эмму к реальности после нереального полета в небесах. – Где ты? Ты нашла Марка?

– Нашла, – ответила Эмма, взглянув на Марка. Он тем временем изучал растения у входа в пещеру. – Мы на точке пересечения.

– Что? Где она? Там опасно?

– Пока нет, – сказала Эмма и увидела, как Марк, пригнувшись, зашел в пещеру. – Марк! – воскликнула она. – Марк, не надо! Марк!

Связь оборвалась. Выругавшись, Эмма сунула телефон обратно в карман и вытащила колдовской огонь. Он осветил ярким светом вход в пещеру, и Эмма пошла туда, ругая Марка на чем свет стоит.

Он стоял прямо у входа и смотрел на траву, островками растущую среди камней.

– Белладонна, – сказал он. – В переводе с итальянского – «прекрасная дама». Очень ядовита.

Эмма поморщилась.

– А она вообще-то растет в этих местах?

– Здесь ее больше обычного.

Марк наклонился, чтобы потрогать зеленый листок, но Эмма поймала его за руку.

– Не надо, – сказала она. – Ты же сказал, что она ядовита.

– Только при употреблении в пищу, – объяснил Марк. – Разве дядюшка Артур не рассказывал вам о смерти Августа?

– Наверное, я сразу попыталась об этом забыть.

Марк выпрямился, и Эмма выпустила его руку, почувствовав.

Он шагнул дальше в пещеру, которая сузилась до размеров тоннеля, и Эмма не смогла не вспомнить Марка таким, каким видела его в последний раз, до того как его похитил Себастьян Моргенштерн. Улыбка, синие глаза, короткие светлые волосы, слегка завивающиеся у острых кончиков ушей. Широкие плечи – во всяком случае, так казалось ей, двенадцатилетней. Он точно был выше Джулиана и крупнее всех них. Он был совсем взрослым.

Но теперь, пробираясь перед ней по пещере, он казался диким ребенком. Его волосы блестели в свете колдовского огня. Он двигался, как облако по небу, как легкий, невесомый дым, готовый в любое мгновение рассеяться на ветру.

Марк скрылся за скалистым уступом, и Эмме стало не по себе. Он принадлежал прошлому, где остались ее родители, а на задании ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы это прошлое тебя поглотило.

А Эмма была Сумеречным охотником. Она всегда была на задании.

– Эмма! – позвал ее Марк, и его голос эхом отразился от сводов пещеры. – Посмотри-ка на это.

Она поспешила на зов. Тоннель привел ее в круглый зал, отделанный металлом. Эмма медленно повернулась на каблуках и осмотрелась. Она не знала точно, чего ожидать, но уж точно не ожидала увидеть помещение, похожее на какой-то оккультный океанский лайнер. Стены были обиты бронзой, покрытой странными символами из разных языков: здесь были и демонические руны, и древние человеческие письмена – Эмма узнала древнегреческий и латынь, несколько цитат из Библии…

В стенах были прорезаны две массивные стеклянные двери, напоминающие огромные иллюминаторы. Обе были закрыты и заклепаны. Между ними по стене тянулся странный металлический узор. Сквозь стекло Эмма видела лишь бесконечную темноту, словно они находились под водой.

В зале не было мебели, но на гладкий каменный пол был мелом нанесен круг из символов. Эмма вытащила телефон и принялась фотографировать. В тусклом свете комнаты вспышка казалась жутковатой.

Марк подошел к кругу.

– Не надо… – Эмма опустила телефон. – Не ходи туда, – выдохнула она.

Он уже стоял в центре круга и с любопытством смотрел по сторонам. Эмме казалось, что вокруг него лишь голый пол.

– Выйди, пожалуйста, – умоляюще сказала Эмма. – Если этот круг зачарован и ты вдруг погибнешь, мне будет очень неловко объяснять это Джулсу.

Марк вышел из круга, и свет слегка мигнул.

– По-моему, «неловко» – это слабо сказано, – спокойно заметил Марк.

– В этом вся соль, – ответила Эмма. – Поэтому и смешно. – Марк, казалось, не понял ее. – А, забудь.

– Однажды я читал, что объяснять шутку – это все равно что вскрывать лягушку, – сказал Марк. – Ты поймешь, как все устроено, но лягушка в процессе погибнет.