Леди Полночь полностью

Они заняли угловой столик, и несколько минут все было как обычно: официантка, высокая женщина с седыми волосами, подошла и бросила им на стол стопку заламинированных меню, Ливви и Тай взяли себе одно на двоих, а Кристина шепотом спросила Эмму, что такое маца-брей. За столиком было тесно, и Эмма оказалась прижатой к Джулиану. От него до сих пор исходило особенное тепло, как будто руна ираци еще продолжала действовать.

Чувствительность Эммы обострилась. Было такое впечатление, что она подпрыгнет или закричит, стоит кому-нибудь до нее дотронуться. Она и правда чуть не вскрикнула, когда официантка вернулась, чтобы принять у них заказы. Джулиан взял ей вафли и горячий шоколад и поспешно отложил меню, встревоженно глядя на Эмму.

«Т-Ы-В-П-О-Р-Я-Д-К-Е?» – написал он ей на спине.

Эмма кивнула и подвинула к себе пластиковый стакан с ледяной водой, а Марк как раз улыбнулся официантке и заказал тарелку клубники.

Официантка, которую, судя по табличке на форме, звали Джин, удивленно посмотрела на него.

– Этого нет у нас в меню.

– Но у вас есть клубника, – возразил Марк. – А тарелки тут повсюду. Поэтому я не вижу причин, по которым нельзя положить клубнику в тарелку и принести ее мне.

Джин молчала.

– Он прав, – заметил Тай. – Клубника предлагается в качестве дополнения к нескольким блюдам. Вы точно можете принести ее отдельно.

– Тарелку клубники? – переспросила Джин.

– Лучше даже миску, – обаятельно улыбнувшись, сказал Марк. – Я много лет был лишен возможности есть свободно и выбирать пищу себе по вкусу, и тарелка клубники – это все, чего я желаю.

Его речь явно произвела впечатление на Джин.

– Хорошо, – кивнула она и исчезла вместе с меню.

– Марк, – сказал Джулиан, – это обязательно?

– Что именно?

– Нет никакой нужды говорить средневековыми стихами, – объяснил Джулиан. – Ведь ты можешь говорить нормально, я слышал. Пожалуй, стоит обсудить, как держаться в тени.

– Я ничего не могу поделать, – развел руками Марк. – Это все примитивные…

– Веди себя, как обычный человек, – сказал Джулс. – Хотя бы когда мы на людях.

– Это еще зачем? – резко спросил Тай.

– По пути в ресторан он наткнулся на таксофон и сказал: «Прошу прощения, мисс», – заметил Джулиан.

– Извинение – это проявление вежливости, – улыбаясь, ответил Марк.

– Но только перед одушевленными предметами!

– Ладно, хватит, – прервала их Эмма.

Она быстро рассказала о произошедшем в доме Стэнли Уэллса, не забыв упомянуть о теле Авы и о загадочном стрелке на крыше.

– То есть она была мертва, но на другие убийства это не походило? – нахмурившись, уточнила Ливви. – Кажется, ее смерть никак не связана с остальными: никаких рун, тело в бассейне возле собственного дома, рядом нет лей-линии…

– А что насчет парня на крыше? – спросила Кристина. – Думаете, он и есть убийца?

– Сомневаюсь, – ответила Эмма. – У него был арбалет, но ни одну из жертв не убили из арбалета. Он ранил Джулса, поэтому, как только мы его выследим, я порублю его на куски и скормлю своей рыбке.

– У тебя нет рыбки, – заметил Джулиан.

– Значит, я ее куплю, – отмахнулась Эмма. – Куплю себе золотую рыбку и буду кормить ее кровью, пока она не полюбит человеческое мясо.

– Как отвратительно, – пробормотала Ливви. – Нам, наверное, придется вернуться к дому Уэллса и обыскать его?

– Только сначала проверим крышу, – кивнула Эмма.

– Не получится, – сказал Тай и кивнул на телефон. – Я просматривал новости. Кто-то обнаружил тело и заявил об убийстве. Там повсюду полиция. Мы еще несколько дней не сможем туда подобраться.

Эмма раздраженно вздохнула.

– Что ж, хотя бы это у нас есть. – Она повернулась, взяла сумочку Авы и высыпала все ее содержимое на стол. Из нее вывалились кошелек, косметичка, бальзам для губ, зеркальце, расческа и какой-то плоский золотистый предмет.

– Телефона нет, – удрученно заметил Тай.

Эмма поняла его разочарование. По телефону он смог бы выяснить многое. Но телефон, увы, лежал на дне бассейна.

– А это что такое? – Ливви подняла золотистый квадратик. Он был гладким, без узоров.

– Не знаю, – ответила Эмма.

Она взяла кошелек и открыла его. Кредитные карты, водительские права, около одиннадцати долларов наличными. Эмме стало немного не по себе: одно дело забирать улики и совсем другое – воровать деньги. Хотя Аве их все равно было уже не вернуть.

– Нет фотографий или еще чего-нибудь? – спросил Джулиан, заглянув Эмме через плечо.

– По-моему, в кошельках фотографии хранят только герои фильмов, – бросила Эмма. – Во всяком случае теперь, в эпоху «айфонов».

– Кстати о фильмах… – Ливви нахмурилась и стала вдруг очень похожа на Тая. – Это похоже на золотой билет. Знаете, как в фильме «Чарли и шоколадная фабрика»? – Она помахала блестящим листком глянцевой бумаги.

– Дай мне взглянуть, – попросила Кристина и протянула руку.

Ливви отдала листок, а официантка тем временем принесла еду: жареный сыр для Тая, сэндвич с индейкой для Кристины, сэндвич с беконом для Джулиана, вафли для Эммы и Ливви и тарелку клубники для Марка.