На следующий вместе с придворным магом, тем самым, который исследовал на предмет порчи мой дом, я переместилась в брачное агентство.
Маг долго и внимательно осматривал поздравление сначала со стороны, затем поднял его, повертел в руках, даже понюхал. И заявил:
– Здесь нет ничего запрещенного, ваше высочество.
– Отлично, – кивнула я. – Не могли бы вы отнести это поздравление его высочеству и повторить свои слова при нем? Я же пока останусь в агентстве.
– Как прикажете, ваше высочество, – поклонился маг, щелкнул пальцами и исчез.
Я же осталась. В своем кабинете. Мне предстояло продумать текст о найме на работу сразу двух помощниц. Я подозревала, что Алантариэль теперь или не захочет, или не сможет часто появляться на работе, а забеременев, совсем уволится. И потому мне нужны были лица со стороны, те, кто сумеет и клиентам улыбнуться, и анкеты составить, и данные в нужном порядке разложить. В общем, мне нужны были рабочие лошадки, все равно какой расы.
А для этого следовало составить объявление. Написать его, возможно, даже расклеить по городу. И заплатить штраф за порчу чужого имущества, угу.
Я хмыкнула про себя. Да уж, Диана, некоторые земные привычки неискоренимы.
Я провозилась с объявлением около полутора часов – меняла слова, фразы, оттачивала предложения.
А потом в агентство пришел Родерик. Собственной персоной.
– Что это? – спросил он, читая объявление.
Прозвучало как: «Расскажи мне, жена моя, ради чего ты тут задержалась?»
– Мне нужны помощницы, – я развела руками. – Сама я тут почти не бываю. Лана замужем. Закрывать «Кольца Дианы» я не хочу.
– А при чем здесь эта бумажка?
– Ну… Надо ж рассказать потенциальным помощницам, что они приобретут, устроившись сюда.
– И каким образом ты собралась об этом рассказывать? Диана?
Я покраснела, но ответила.
– Расклеила бы по городу. Родерик, это не смешно!
– Еще как смешно, – пробормотал Родерик, закончив смеяться. – Родная моя, ты – будущая императрица. А твои действия, гм, говорят об обратном. Для чего в городе существуют глашатаи?
Гм… Мне-то откуда знать? Ладно, ладно, я о них забыла! И что?
Родерик забрал у меня объявление. И на следующий день составленный мною текст зачитывали на площади два глашатая.
А через два дня в агентстве появилась помощница. Пока что одна.
Усадьбу то и дело сотрясали дикие крики, и затем раздавался звон бьющегося стекла. Малолетние захватчики вдесятером играли в очередные активные игры, снося на своем пути всех и все. Десять существ, десять! И все они сегодня разрушали этот дом!
Родерик купил усадьбу сразу, как только понял, что наши с ним дети обладают магией. Как и дети Алантариэль, частенько гостившие у нас.
– Пусть лучше разносят этот дом, чем императорский дворец, – заявил он.
Мне, собственно, было все равно, где жить, присматривая за своими пятью детьми и таким же количеством детей подруги. Впрочем, вру. Я с огромным удовольствием отправляла всю эту банду в Вечный Лес, не желая думать о нервной системе эльфов. Но сегодня, увы, был мой черед «заниматься этими мучителями», – как выразился однажды Ларантагриэль, муж моей подруги.
Он сразу осознал, что со мной и Родериком лучше дружить – так проще жить, пусть и изредка. И мы общались, довольно близко, семьями. А наши дети… Ну… никто не обещал несчастным родителям, что будет легко.
На самом деле я была счастлива, и не скрывала этого. Как и Аврора. Она наконец-то нашла себя в роли супруги. Даже не императрицы, нет. Коронованная, она мало вникала в государственные дела. А вот забота о муже, уход за ним… Здесь было ее поприще.
Своего младшего сына она не простила. Да, в прочем, он и не просил у нее прощения.
Когда Жаккаре пришла пора рожать, Эдик, до этого живший тихо и скромно, попросил аудиенции у Родерика. И там буквально вымолил прощение супруге. Он уверял, что приворот она сделала по его настоянию, что он любит ее и их будущих детей, что готов разделить с ней любое наказание.
И Жаккару не казнили, нет. Ее сослали в глубокую провинцию, вместе с Эдиком. Там они и жили, растили детей, уже четверых, по словам Родерика, не стремились появляться в столице.
Аврора в дела той семьи не вмешивалась. Они для нее словно не существовали. Ей хватало других мыслей и забот.
Я тоже решила пустить все на самотек. Эдик выбрал свою жизнь. Ну, пусть теперь и расплачивается за свой выбор.
Наше с Алантариэль агентство процветало. Теперь у нас искали женихов и невест даже высокопоставленные аристократы. Единственное, что меня расстраивало, – все мои помощницы работали в агентстве не дольше полугода. А затем выскакивали замуж за наших клиентов.
В коридоре послышались шаги, вырывая меня из мыслей о деле. Дверь отворилась. Порог гостиной перешагнул Родерик.
– Я все же надеюсь, что усадьба выдержит этот налет, – хмыкнул он, подходя ко мне и обнимая за плечи.
– Если нет, мы всегда можем вернуться во дворец, – подколола я его, не вставая с кресла.
– Добрая ты, – вздохнул Родерик.
Я только улыбнулась. Двенадцать лет прошло с тех пор, как я попала в этот мир. Мы с Родериком жили душа в душу. И я не хотела себе другой судьбы.