Она была уверена в этом не потому, что между близнецами существует некая сверхъестественная мысленная связь, а исходя из собственного пережитого опыта. Ее братец, некогда полицейский с Боу-стрит и неисправимый любитель пофлиртовать, был печально известен своими любовными похождениями, которые осуществлял самым необычным образом. Он воображал себя то Робином Гудом, то Ромео, то еще каким-нибудь злополучным персонажем, чье имя начиналось на Р, при этом домогался недосягаемых женщин, даже пытался добраться до них, карабкаясь по стене. Чарлз находил это романтичным — еще одна гибельная «р»! — подниматься и спускаться к месту свидания, цепляясь за плющ, вместо того чтобы воспользоваться обычной лестницей, как все нормальные люди.
Леди Деверелл продолжала выкрикивать призывы о помощи, и это означало, что Чарлз не только сверзся с высоты, напугав ее, но еще, должно быть, крепко разбился при падении.
Вот дьявол!
Послышались звуки шагов. Это слуги проснулись и рискнули вылезти из своих каморок на чердаке и в полуподвале. Вдалеке открылась дверь, выпустила поток беспокойных голосов, а потом снова гулко захлопнулась. Домочадцы были явно встревожены.
Касс боком двинулась вдоль стены, вглядываясь в ночной сумрак первого этажа, потом обернулась на все так же крепко закрытую дверь кабинета. Его светлость упился в хлам, как всегда, потому и не слышал панических воплей своей жены. Все к лучшему. Значит, не станет вызывать Чарлза на дуэль. Хотя даже если угроза жизни лорду Девереллу материализуется, в чем Нортбрук, судя по всему, не сомневается, старикан не смог бы сделать ничего, кроме как предложить бренди предполагаемому убийце.
Еще один шаг боком, и Касс вытянула шею, чтобы посмотреть на уходившую вверх лестницу. Кто ходит там, на верхнем этаже? Может, дворецкий торопится к своей хозяйке? Если бы только найти более выгодное место обзора…
Сделав следующий шаг, она вдруг врезалась в кого-то высокого и плотного.
Чужак! Тут же сработал рефлекс. Сжав губы, чтобы удержать крик, она что есть силы двинула кулаком вперед.
В ответ раздалось приглушенное ругательство, а потом шепот:
— Касс, это я, Джордж Нортбрук.
Лорд Нортбрук! Она отступила и прищурилась, словно это могло добавить света в темноте. Почему никто не зажигает свечи, если то и дело возникает необходимость шастать по дому ночами?
— Прошу прощения. Вы застали меня врасплох.
У нее так дрожали руки, что пришлось спрятать их за спиной.
Ей нужно было сразу догадаться, что молодой маркиз появится в доме. Каждую ночь примерно в это же время он поджидал ее возле лестницы, чтобы выяснить, что ей удалось узнать. Для него она всегда отпирала переднюю дверь, когда занимала свой пост, а потом запирала, когда отправлялась в постель. Это делало ее уязвимой, но при ней был пистолет, а кроме того, она отлично работала кулаками, в чем ее работодатель убедился только что.
— Я проник в дом, когда услышал крик, — сообщил он. — После звука падения.
— Вы услышали его снаружи?
— Снаружи было падение, а крик я услышал из открытого окна.
Касс сдержала вздох.
— Полагаю, что это было окно леди Деверелл, а упал мой брат Чарлз.
— Как — Чарлз?
— Вот так. Чарлз собственной персоной.
— Он что, полез в окно ее светлости? Но зачем?
Касс подождала немного, чтобы мысль дошла до Нортбрука.
— О! Он… O-о! Неплохо, Чарлз, — пробормотал лорд.
Дверь в кабинет была по-прежнему закрыта, но теперь осветилась огнями лестница, раздались громкие голоса. Как и она, Нортбрук был одет во все темное, а лицо его представляло собой набор провалов, теней и зловещих плоскостей. От него пахло цитрусами — еще один несомненный признак, который она должна была определить сразу. То ли его мыло так пахло, то ли он испытывал особую любовь к апельсинам — ей было неизвестно, но запах не был неприятным.
На главной лестнице раздались шаги, все ближе и ближе. В мгновение ока Касс схватила Нортбрука за лацканы и затащила в угол под лестницей. Прижавшись к ней боком, он прошептал на ухо:
— Какая вы сильная, мисс Бентон. Если захотите поймать меня в темноте, просто скажите об этом.
Закрыв ему рот ладонью, она прошипела в ответ:
— В следующий раз я не буду миндальничать — тресну по башке и утащу к себе в логово.
Вот дьявол! Почему она не накрыла голову и не надела перчаток? Рыжие волосы и белая кожа в темноте были слишком заметны.
Благословенное утешение: шаги замерли.
— Нет, он по-прежнему в кабинете, — раздался женский голос. — Мне видна дверь. Он ее не открывал.
Касс узнала голос экономки, миссис Чатли. Пожилой женщине не давали покоя колени, и она слегка задыхалась, когда шла по лестнице.
В ответ что-то невнятно произнес мужской голос.
— Можете отправляться в постель, Джексон, — предложила экономка. — Сегодня ночью вы ему не понадобитесь, а утром будет достаточно времени рассказать… все, что ее светлость захочет рассказать.
