- Не нравится значит? - зашипела я. - Хорошо... - взяла скатерть за углы, собрав ее вместе с тарелками в узелок и бухнула в раковину. Раздался звон, а я удовлетворенно кивнула и повернулась к Майклу: - Теперь Ваша душенька довольна?! - и, не дожидаясь ответа, ушла в свою комнату.
Очень хотелось хлопнуть дверью, но я прикрыла ее максимально тихо и закрыла на ключ. Повалилась на постель и...задумалась. Плакать расхотелось, стоило Майклу пропасть из поля зрения.
В самолете я проснулась от того, что мне стало жарко и обнаружила на себе теплое одеяло. Не удержалась и стукнула его за глупую заботу. Сам-то он не укрылся, а меня сварить решил! Немного подумав, решила, что была не права и хотела погладить его по щеке, но Майкл перехватил мою руку и опять начал ерничать, убив на корню все мои добрые порывы. Потом еще эта дурацкая шутка с встречающими...но последней каплей стала машина! Он сидел рядом и ни разу даже не посмотрел в мою сторону! Хотя, я точно знаю, что он меня хочет.
Я решила сменить тактику. Мама учила, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок и с раннего детства учила меня готовить. Уже в шесть лет я умела варить борщ и разделывать селедку не идеальное филе, а он сомневается в моих способностях! Самовлюбленная, эгоистичная, неблагодарная скотина! Ненавижу! И все равно хочу!!!
В прихожей послышалась возня и тихие голоса. Мужчины, видимо, отошли от шока и решили, что пора расходится. Я прислушалась и с удивлением поняла, что говорят они по-русски.
- Зря ты так с ней, - это Саша. - девочка и правда старалась.
- А бисквит я заберу, он почти не пострадал и очень вкусный, - тихий шлепок и чуть громче: - Не тяни руки! У тебя вон, повар есть. Извинишься - она тебе еще один приготовит.
Совсем тихое и неразборчивое бурчание. Видимо, Майклу стало стыдно. Наконец-то!
- Кстати, а на фига ты это сделал? Видел ведь, что она сорвется... - опять Сашка.
- Не твое дело, - буркнул Майкл.
- Мишель, но хоть извиняться ты собираешься? - настаивал Саша.
- Если бы я знал как! Ты же в курсе, что я в женщинах дуб дубом! - с нотками отчаяния в голосе отозвался этот гад.
- Да, она же еще девчонка совсем. Что в них понимать? Опыта никакого!
- Какая девчонка? Ей четвертак скоро. Сыну три года! Собственно, мы его и ищем!
- Тогда скажи ей все, как есть, - предложил Андрей.
- Что сказать? - злобно рыкнул Майкл. - Что я не помню ни одной своей женщины и вообще не уверен, что у меня хоть раз был секс, а на свидания и флирт никогда не было ни времени ни желания? И что она мне, по-твоему, ответит?
- Что ты лопух! - хохотнул Сашка. - В таком возрасте в девственниках сидеть!
- Я не девственник! - рявкнул Майкл в полный голос.
- Ты уверен? - повисла пауза. - А раз не уверен, значит все может быть. Пока все до мельчайших подробностей не прочувствуешь и, желательно, на трезвую голову - будешь ходить в девственниках!
Хлопнула входная дверь, а через пару минут и дверь в комнату Майкла. А я все лежала и пыталась переварить услышанное. Получалось плохо.
Ближе к трем по местному времени в животе начался бунт и я пробралась на кухню, чтобы выпить кофе с бутербродами. Свет включать не стала. Без линз я вижу отлично, даже в полной темноте. Быстренько соорудила бутерброд с сыром и чашку чая. Только уселась за стол, как на пороге появился Майкл в одних боксерах и уставился на меня. Выражение лица просто кричало, что меня ждут неприятности, но стоило мне перевести взгляд на его торс...и стало плевать, что у него на лице. Такого количества шрамов я не видела ни разу в жизни. Причем почти все были от ножей (тонкие и длинные) и пуль (аккуратные кружочки с тонкой чертой от разреза для извлечения пули). Я ожидала чего угодно, вплоть до татуировок, но точно не такого. В скольких боевых операциях он участвовал?
Мысли понеслись с космической скоростью. Русский, долго жил во Франции и прекрасно знает язык, странные знакомые и отличные боевые навыки...плюс шрамы и получаем? Иностранный легион! Мать твою! С кем я связалась?
- Что ты тут делаешь? - рявкнул он.
Я растерялась и ляпнула первое, что пришло в голову:
- Ты служил в легионе?
Он моргнул пару раз, потом посмотрел на себя и опять на меня. Я сжалась в комок и пожалела, что вообще родилась на свет.
- Не твое дело!
- Не смей на меня орать! - не выдержала я. - Я тебе не подружка и не маленькая девочка!
А вот встала я зря. На мне был только тонкий топ и короткие трикотажные шорты. Белье я на ночь снимаю, так что стояла перед ним фактически голая. Майкл уставился на мои ноги и открыл рот. Боксеры четко обрисовали его отношение к моему внешнему виду. Мужчина с трудом перевел взгляд мне на лицо, а потом молча развернулся и ушел к себе в комнату. Я бухнулась обратно на стул, тяжело дыша и пытаясь успокоить бешеное сердцебиение. И как все это понимать?! Черт!
Есть сразу расхотелось, но я все же впихнула в себя бутерброд. Сполоснула чашку и ушла к себе. Уснуть не получалось, в голове образовалась куча мала из глупых мыслей и обрывков информации и пока я ее не разгребу - уснуть не смогу.
