– Эти фейри – настоящие ублюдки, – проворчал стоящий рядом с Калланом Слоан.
– Не могу не согласиться, – отозвался Каллан, отправляясь на поиски нужного тома.
Брайар вел Скарлетт так быстро, что она не успела заметить, куда он повернул и по каким коридорам они прошли. Впрочем, не имеет значения. Надо было сразу попросить Сорина вызвать Брайара. Девушка недоумевала, с чего решила, что Каллан все поймет. Он сказал, что она выглядит иначе. Конечно, это так. Его знания о ней были разрозненными и частичными. Если бы ему было известно о ней все, если бы он постиг самую ее сущность… В таком случае события развивались бы по-другому.
Пока Брайар молча вел Скарлетт вверх по лестнице, она рассматривала его тунику цвета морской волны и серые брюки, а также собранные в хвост на затылке волосы длиной до плеч. Словно почувствовав на себе ее взгляд, он обернулся и устремил на нее свои мерцающие льдисто-голубые глаза, в которых застыл немой вопрос. Скарлетт потупилась и, ни слова не говоря, поспешила за ним.
Поднявшись на несколько лестничных пролетов, Брайар провел ее по коридору и остановился перед второй дверью, которая открылась со щелчком, стоило ему нарисовать на ней снежинку. Когда они оказались внутри, Скарлетт поспешила в спальню.
– Иногда маску легче снять перед тем, кто ничего о тебе не знает. – Его тон был мягким и нежным.
Девушка остановилась и медленно повернулась к нему лицом. Он проследовал за ней и теперь стоял в нескольких футах поодаль, прислонившись спиной к обеденному столу и опираясь о край руками. Ее тени потянулись к нему, но он не отпрянул и не дрогнул. Они завихрились вокруг него, ощупывая, изучая.
– Не нужно меня жалеть, – наконец сказала она. – Я заслужила то, что мне сегодня сказали.
– Дорогая Скарлетт, пожалеть я тебя могу только потому, что тебе приходится иметь дело с Сориным и его плаксивым Двором, – усмехнувшись и подмигнув, объявил Брайар, но тут же снова посерьезнел. – Никто не заслуживает того, чтобы на них обрушилась еще одна волна, когда они пытаются оправиться от шторма.
– А если шторм не прекращается? Если волны не стихают? – тихо спросила Скарлетт.
– Закати истерику, Скарлетт. Бушуй, кричи, плачь, разваливайся на части. Тебе простительно все это делать и чувствовать, но не прекращай борьбу. Не сдавайся. Тогда ты сама станешь еще бо́льшим штормом, – ответил Брайар.
Он не попытался к ней прикоснуться, утешить или заверить, что Каллан не прав. Не стремился исправить ситуацию.
Скарлетт повернулась и направилась в спальню.
– Забавно. Я всегда думала, что утонуть можно только в воде, но оказалось, что это не так.
– Утонуть можно исключительно в том случае, если останешься в реке. Позволь Сорину вытащить тебя на берег. Это нормально – иногда позволять спасать себя, Скарлетт, – ответил Брайар.
Она плотно закрыла за собой дверь.
Войдя в гостиную, Сорин услышал, как захлопнулась дверь спальни. Он посмотрел в ту сторону, затем на Брайара, который облокотился на обеденный стол.
– Она что-нибудь сказала? – спросил Сорин. Пульсирующая в нем ярость застилала глаза.
– Почти ничего, – отозвался Брайар. В воздухе закружился снежный вихрь, и в его руке появился меч из чистого серебра, с рукоятью, инкрустированной крупным мерцающим сапфиром. То был Ледяной клинок, меч принца Воды. – Ей нужно время, Сорин.
– Неужто хочешь разлучить меня с моим близнецовым пламенем? – угрожающим тоном проговорил Сорин, и на кончиках его пальцев вспыхнули языки пламени.
– Конечно нет, – пренебрежительно фыркнул Брайар. – Но дай ей время перевести дух, друг мой. И себе тоже. Пошли потренируемся. Тебе нужно выпустить гнев, прежде чем помочь ей справиться с ее собственным. Пять минут.
– Хорошо, – процедил Сорин, и в его руке возник его собственный черный меч.
В воздухе открылся водный портал, и он шагнул в него вслед за Брайаром. Они вышли в частной тренировочной комнате под куполом дворца. Потолок, как и мосты, был выполнен из огнеупорного стекла и пропускал блеклые лучи солнца. В воздухе ощущалось дыхание осени, а в иные дни даже выпадал снег – учитывая высокогорное расположение дворца. Всего через два дня наступит Самайн. При этой мысли Сорин бросился в наступление, едва оказавшись на тренировочном ринге. Брайар парировал и отклонял удары своим Ледяным клинком.
В ознаменование Самайна устраиваются пир и бал. Сорин не сомневался, что подготовка идет полным ходом. Ему придется почтить праздник своим присутствием. Поскольку его не было дома три года, подданные с нетерпением ждут встречи с ним. Но здесь принц Каллан. Его, конечно, тоже следует пригласить. А Скарлетт? Именно на балу по случаю Самайна Каллан и Скарлетт впервые пообщались лично, а не посредством записок и книг. Там они в первый раз танцевали. Тогда же начали стремительно развиваться их отношения.
Сорин стиснул зубы, и его клинок столкнулся с клинком Брайара. По лезвию заплясали языки пламени, а вокруг меча принца Воды закружились осколки льда.
– Теряешь сноровку, – с ухмылкой заметил Брайар.
