– Потом. Знаю, вопросов у вас очень много, но в ногах правды нет, проходите в хату, отдохните, в баньке попарьтесь. А пока париться будете, я вам курочку запеку. А то жалко, хозяйство пропадёт, мне-то теперь есть не надо. Других зомби не бойтесь, они безобидные, воют только иногда, когда что-то вспоминают.
– Спасибо, но как нам вас называть?
– Парамон, староста деревни Старые сосенки.
Глава 70
– Деревню Старые сосенки основал я, два моих друга – Степан и Никифор и жёны наши. Было это лет пятьдесят назад. Мы беженцеми тогда были, пришли из той стороны, из самого Некро-Полиса. Ну, так тут и осели. А что, земли много, власти нет. Это, конечно, и хорошо и плохо. С одной стороны – нету господина над тобой, некому дань взымать и детей, внуков на войну забирать. С другой – случись что, никакой помощи, никаких льгот. Господа, они же разные бывают, кто пригреет, кто последнюю рубашку снимет и пороть тебя велит. Все жители деревни почитай нашими потомками приходятся, эээм, приходились.
– Дед Парамон, а почему вы один такой в деревне? – Аврора.
– Ох внучка, внучка, когда мне столько лет было сколько тебе, я такой дурак был. Хотелось ведь всего и сразу, а денег не было и здоровья тоже, калекой я был. Я из деревни тогда в город переехал к родственникам. А город, он соблазняет своими развлечениями. Некроманты, они же тоже люди и ни что человеческое им не чуждо. Был грешен, хотелось и одежду красивую, и дом просторный, и чтобы девушка была в нём красивая. Там же такие девушки были – не то что наши, деревенские. Они, как это, слово такое было, щас вспомню, и-зя-щ-ные, а я на них только смотреть мог. Ну и подписал этот контракт окаянный на постсмертную службу, срок службы 300 лет. А они мне прижизненную пенсию, до 40 лет. А как положенный срок стукнет – милости просим на алтарь. Молодой был, глупый, стыдно вспоминать. Думал, хоть 20 лет, да поживу как мне хочется. Наложили они на меня заклинание, чтоб, эта, как её, некроманна накапливалась – во, ну и здоровье, само собой, подтянули. Они тогда сказали, что им развалина не нужен, им нужен хороший материал, а я тогда совсем слабый и больной был. Думал – терять нечего. Ну, и до тридцати пяти лет я как в масле с шоколадом плавал. А потом только понял, что натворил. Детей нет, род мой продолжить некому. Ну, смалодушничал, признаю. Убежал я из полиса, там у них не принято было заключённые договора нарушать, вот и не охранял меня никто. Да и к смерти у жителей полюса отношение своеобразное. Какая же это смерть, если вчерашний покойник сегодня утром на работу вышел? Говорит, думает, комплиментами рассыпает, а если сердце не бьётся – то что ж с того то? Ну, а куда мне бежать-то? Ну, естественно, на светлые земли. По пути ко мне прибились Степан и Никифор, тоже собраться по несчастью. Осели мы тут в соседнем баронстве. Но тогдашний барон плохой был человек, девок приезжал портить, налоги драл. А как что случилось, милостей мы от него отродясь не видели. Взяли мы тогда своих баб, детишек и ушли в леса, а потом и здесь осели. Я вот что думаю, то-то видать от того, что на меня заклятье некроманты наложили, от того-то я и разум свой не потерял.
– Правильно думаешь, дед Парамон, – поддакнул Фиор, – Это ж надо 70 лет копить в себе некроманну. Не удивительно, что вся деревня повставала, кладбище, кстати, далеко?
– Да не, не далече, тут в леску.
– Раскопай свежие могилы, а то они бедняги в гробах будут маяться, выкопаются ещё и будут гневаться, так хоть под твоим присмотром. Вообще тебе с этим, Парамон, крупно не повезло, ты сейчас где-то на уровне погонщика мёртвых, это потому, что вампир инициацию провёл случайно и неправильно. Вот вся некро манна и выплеснулась на округу, тебе, так, крохи достались и ум свой сохранил, а так бы поднялся натуральный лич, если не повелитель мёртвых.
– Много ты о некромантах знаешь, – подозрительно прищурилась Ночь.
– Профессия такая, – хмыкнул Фиор.
– Да ну-у – Парамон махнул рукой, – какой я повелитель, всю жизнь сеял да пахал и коров пас. Этим и счастлив был. Мы люди простые. Да вы кушайте, кушайте, всё со своих грядок, картошечка молодая, капуста квашеная, закрутки, моя Марфа ещё солила, как же вы на неё похожи, эх-х-х-х-х, худенькие-то какие, а так вылитые Марфа.
– Па-ши-БО – с набитым ртом проговорила Кассандра.
Вот уже час как компания и гостеприимная нежить беседовали за столом и кушали на открытом воздухе. Парамон растряс все свои запасы и накрыл стол горой.
– Воот, угощайтесь, парное, свежее, – Парамон подлил девушкам и зверолюду молока, – сегодня утром надоил, мне как бы еда уже и не нужна, а привычка осталась, 50 лет по утрам вставать и корову доить.
– Как же ты её подоил? Она же тебя бояться должна? – удивился Фиор.
– И боялась, но звери – они как люди, ко всему привыкают. Собака моя тоже, по-началу, шугалась, но привыкла.
– Дед, ты помнишь, что тут произошло? – задал вопрос Фиор.
– Помню, чаво не помнить-то? Почитай времени всего ничего прошло. Помню и как на деревню нашу напали, и как кровь мою пили, и как детей уводили.
– Детей? Куда, зачем?
