Хольм едва заметно вздрогнул, и в его глазах мелькнула настороженность.
— Выходит, вы все помните?
По губам волка скользнула кривая усмешка, но тут же исчезла, уступив место волчьему оскалу.
— И почему же промолчали? Испугались?
Лукас испытующе посмотрел в глаза, а я сжала ладони, изо всех сил стараясь держать спину прямо.
— Или вам настолько невыносима мысль о том, что вас касался оборотень, что вы решили никому об этом не говорить?
— Лорд Хольм, я, конечно, многого не помню из прежней жизни, но есть у меня смутные подозрения, что если бы я рассказала о нашей совместной ночи, то вам пришлось бы на мне жениться. Уверена, лорд Давенпорт не позволил бы опорочить мое доброе имя. Все-таки, как опекун, он должен заботиться о моих интересах.
Я старалась говорить серьезно и видела, как все сильнее с каждым моим словом каменеет лицо Хольма.
— Леди Бернстоф, вы считаете меня бесчестным человеком? — резко спросил он, и на его шее выступили вены.
— А вы сами? Считаете себя таковым?
Я уставилась в потемневшие глаза и усмехнулась. Хольм прищурился, разглядывая меня так, словно мы с ним стояли на дуэли, а потом вскинул свою красивую голову и отчеканил:
— Леди Бернстоф, я готов искупить вину.
— Интересно, как?
Хольм оттянул ворот рубахи, словно тот ему жал, и спросил:
— Леди Бернстоф, вы ведь понимаете, что в нашем с вами случае, обычное решение — не выход?
— Почему же?
— Вы что, всерьез готовы выйти за меня замуж?
Хольм посмотрел на меня с таким удивлением, словно я предложила ему нечто невозможное. По плечам пробежал холод, и я поежилась. Конечно, чего я ждала? Что оборотень с радостью на мне женится?
— Вас это удивляет? — вскинув подбородок, посмотрела в сверкающие желтым огнем глаза.
— А как же ваше убеждение, что оборотней нужно уничтожать, как диких животных?
В голосе Лукаса послышалась хрипотца.
— Я так говорила?
— Да.
— Не помню. В любом случае, все это осталось в прошлом.
— Но вы ведь понимаете, что я не могу предложить вам руку и сердце? Для оборотня брак и дети возможны только с истинной парой.
— Вам не кажется, что думать об этом нужно было до того, как вы оказались в моей постели?
— Хотите сказать, я должен на вас жениться?
Хольм помрачнел.
— А разве вы так не думаете? Ну же, лорд Хольм, вы ведь сами подтвердили, что считаете себя честным человеком. И потом, почему вы так уверены, что я не ваша пара?
Я посмотрела на Хольма и усмехнулась.
— Это невозможно, — глухо ответил Лукас, и по его лицу прошла тень. — Вы не волчица.
Да ну? Это он меня в гневе не видел!
— Значит, если я обычная женщина, то со мной можно всего лишь… позабавиться?
Я вскинула голову. Лукас сжал кулаки, и желваки на его щеках ощутимо напряглись.
— Леди Изабелла, уверяю вас, я не собирался…
Хольм не договорил. Он одарил меня тяжелым взглядом и еле слышно скрипнул зубами.
— Я повторяю, я готов искупить свою вину любым способом, — словно через силу сказал он и добавил: — Кроме одного.
Хольм сжал кулаки и замолчал. Тишину комнаты нарушало только его тяжелое дыхание, и я слушала эти звуки, а внутри что-то тонко ныло то ли от разочарования, то ли от обиды. А взгляд стоящего напротив оборотня с каждой минутой становился все более напряженным. Казалось, еще немного, и Лукас сорвется, как туго натянутая струна.
— Да ладно, расслабьтесь, — я усмехнулась, глядя прямо в желтые волчьи глаза. — Не нужны мне ни ваша рука, ни ваше сердце. И замуж за вас я бы никогда не вышла. Ищите свою пару, сколько угодно, мне до этого нет никакого дела. Только забудьте о своих нескромных желаниях, и больше не пытайтесь залезть мне под юбку.
Я хотела гордо развернуться и дойти до топчана, но правую ногу свело судорогой, и мне с трудом удалось удержать равновесие.
— Не вздумайте упасть, — рыкнул Хольм, прижимая меня к себе. — Рес подери, как же с вами сложно!
Оборотень подхватил меня на руки, донес до топчана и опустил на шкуру.
— Спасибо, — тихо пробормотала я, хотя на самом деле мне хотелось от души выругаться. Надо ж было показать свою слабость в самый неподходящий момент!
— Леди Изабелла, я не знаю, что произошло, и почему я… — Хольм запнулся и не договорил. — Но я предлагаю все забыть и начать с чистого листа, — решительно добавил он.
— Не переживайте, я не собираюсь жаловаться Давенпорту. И вообще, у нас есть вопрос посерьезнее. Что мы будем делать? Я ведь не могу сидеть в этой избушке вечно.
Я в упор посмотрела на Хольма и тут же забыла, что хотела сказать. Лицо оборотня оказалось неожиданно близко, и то, что полыхало в его глазах, заставило сердце биться в два раза быстрее.
— Я уже подумал об этом, — отводя взгляд, сказал Хольм. — И завтра переправлю вас к своим друзьям в Бреголь.
— Но это ничего не решит.
— Если вы будете в безопасности, у нас появится шанс отыскать убийцу.
— Как?
— Леди Изабелла, предоставьте это мне. Я все решу.
Голос Хольма звучал твердо и уверенно. И с такой силой, что у меня даже доли сомнений не возникло. Этот и правда все решит. Вот только хочу ли я, чтобы за меня решали другие? Никогда не полагалась на мужчин, и сейчас не собираюсь, что бы там ни думал этот свободолюбивый волчара.
