— Что это? — спросила Шания, указывая пальцем на странное чёрное пятно, едва различимое на фоне солнечного диска, — На тучу не похоже…
— Очень похоже, — начал Иварод и вдруг, заперхав, оборвал фразу, — Чёртово наваждение!
— А где все? — спросил Джонрако, оглядывая пустую площадку, — Кто нас приглашал?
Внезапно раскалённый воздух наполнился смутным движением и волна жара прошла между путниками, вздымая волосы и поднимая полы одежды. И вдруг, вокруг каменной плиты-стола, возникло множество фигур в тёмных плащах, с глубокими капюшонами, наброшенными на лица. На груди каждого неизвестного висел массивный медальон со стилизованной «М» в центре чёрного круга.
Один из людей в тёмных хламидах, отбросил капюшон, открывая улыбающееся лицо брата Вула. Он склонил лысую голову и сказал, обращаясь скорее к одному Хастолу, чем ко всем остальным:
— Добро пожаловать в мир Молитара. Наслаждайтесь эпохой Перемены Сезонов, — он провёл ладонью перед лицом, точно сбивал пушинку с носа, — Для сегодняшнего ритуала нам удалось воссоздать времена, когда народы Магистериума благоденствовали под защитной дланью Творца.
— Мы на самом деле оказались в том времени? — вполголоса обратился Джонрако к Ивароду, который уныло разглядывал собственный язык, свисающий до самой земли, — Это же, чёрт знает сколько лет назад!
— Да успокойся, ты! — так же тихо сказала собака и принялась трясти головой, — Если бы такое стало возможно, вся эта компания тотчас бы удрала в прошлое. Им просто удалось на короткий срок выдрать участок пространства из того времени. Выбраться за его пределы — невозможно.
— Ну и на кой дьявол, тогда это им нужно? Польза-то какая?
— Абсолютно никакой, — хмыкнул пёс, — Просто, лишний раз пустить пыль в глаза друг друга; показать, насколько они могущественные колдуны. И вообще — отвяжись от меня, дай спокойно подохнуть от этой жары.
Точно по неведомому сигналу, братья одновременно открыли лица. Как посчитала Шания в ритуале принимали участие семнадцать человек. Люди самых разных возрастов, начиная от совсем юных, едва не детей и кончая убелёнными сединами стариками. Роднило их одно: одинаково безмятежные лица, точно все они грезили наяву. Лишь коротышка с крысиным лицом и чёрными волосами, собранными в хвост, отличался странной нервозностью, будто очутился в компании незнакомцев.
Именно его брат Вул вывел из общего круга.
— Позвольте представить вам брата Рудоса, — сказал он, — Совсем недавно он был братом Зелёного Круга, но за особые заслуги перед Братством, получил доступ в Чёрный Круг. Брат прошёл все необходимые испытания, принял Клятву и сегодня впервые примет участие в одном из важнейших Ритуалов.
Всем нам известно, что Зеркало Проникновения выполнило свою задачу, осуществив первую часть Плана Возвращения. Надеюсь, сегодня нам удастся завершить План и вернуть того, кто сумеет восстановить исконный порядок вещей. Наш гость, — брат Вул сделал приглашающий жест и Хастол прошёл вперёд, оказавшись перед каменным столом, — Хастол, из рода Черстоли, вызвался послужить Острием Стрелы Проникновения, которую послало наше Зеркало. Сейчас Острие превратится в ключ и отопрёт дверь мироздания. Близок Час Возвращения!
— Время Перемен! — глухо пробормотали братья.
— Да пожрёт Мрак-Создатель врагов Возвращения!
— Время Перемен!
— Да взойдут Четыре Звезды над миром!
— Время Перемен!
— Да наступит Время Перемен!
— Время Перемен!
Воздух пошёл мелкой рябью и рядом с Вулом появилась давешняя скрюченная фигура. В этот раз горбун держал в руках большую плоскую коробку. Раздался звонкий лязг и у ящика появились металлические ножки. Ещё один щелчок и крышка ящика отворилась, открыв блестящие, в свете солнца, инструменты, довольно странного вида. Каждый предмет лежал в специальном гнезде, отдельно от других.
Внимательно осмотрев набор и явно оставшись доволен, брат Вул подошёл к Хастолу и что-то пробормотал ему в ухо. Парень приподнял брови, покосился на своих спутников и отрицательно покачал головой. Тогда Вул пожал плечами и подтолкнул вперёд Рудоса. Коротышке пришлось встать на цыпочки, чтобы рассмотреть содержимое ящика.
Остальные братья в это время закрыли глаза и сложив руки на своих амулетах, раскачивались из стороны в сторону, издавая глухое мычание. В некой, непонятной посторонним, последовательности, то один, то другой, произносили тихие слова, которые постепенно начали складываться в протяжную сумрачную песню.
Рудос выбрал приспособление, больше всего напоминающее нож, для разделки мяса, каким обычно пользуются мясники на бойне. Кортышка поднёс клинок к глазам, после чего долго и пристально изучал символы начертанные на лезвии. Знаки походили на взбесившихся змей, сцепившихся в смертельном поединке.
