Слезы душили Аньес. Она выпустила листок из рук, упала на колени. Из ее груди вырвался животный крик.
Позже, намного позже она опустилась ничком на пол от изнеможения.
Никогда! Она найдет ее, даже если ей придется босой обойти все королевство, обыскать каждый дом, каждую хижину. Она найдет ее!
Аньес резко встала на ноги.
Она никогда не смирится с отсутствием Клеманс.
Артюс д'Отон не оставил Эду де Ларне ни малейшего шанса отступить. Словно орел, схвативший свою добычу, он прижал Эда к стене общего зала и сказал убийственно-спокойным тоном:
– Вы скверный человечишка, Ларне, жалкий подлец, оскверняющий всю округу. Если на то пошло, я знаю, как заставить негодяев вроде вас расстаться с жизнью, и сделаю это без колебаний. Я получу от этого даже определенное удовольствие. Не Вводите меня в грех.
Мгновенно уступив недвусмысленным угрозам монсеньора д'Отона, своего сюзерена, а теперь и зятя, Эд де Ларне нашел провинцию, где, по словам барона, его дражайшая племя кница воссоединилась с миром Господа. Однако он упорно повторял, будто больше ему ничего не известно. Конечно, Эд де Ларне не горел желанием испытать на себе остроту клинка Артюса д'Отона.
Когда после упорных долгих поисков Аньес удалось выйти на след своей старшей дочери, она узнала, что Матильда де Суарси исчезла из аббатства два месяца назад, ночью, прихватив свои вещи, не забыв украсть несколько культовых предметов и дюжину книг, которые можно было легко продать. По улыбке матери-аббатисы Аньес д'Отон поняла, что беглянку практически не искали, поскольку ее пребывание в монастыре не оставило приятных воспоминаний ни у послушниц, ни у монахинь. Эта новость ошеломила ее, хотя намного меньше, чем она опасалась… или надеялась. Но внутренний голос подсказывал Аньес, что однажды Матильда вновь появится в ее жизни, хотя бы для того чтобы потребовать свое имущество, поскольку ее мать вышла во второй раз замуж.
