Пыль столбом, стены вибрируют, шум такой, что хоть уши закладывай. Нет, это не землетрясение, просто в квартире ремонт, рабочие стены штробят…
Кожухова Павла Денисовича дома я не застал. Жена дала номер его телефона, я созвонился и встретился с ним на объекте. Лет за пятьдесят мужику, лицо уже морщинистое, но здоровья в нем еще немало. На ногах крепко стоит, взгляд суровый, как у человека, уверенного в своих силах.
– А какой вам Лева нужен? У меня их трое…
– Он свой «Ниссан-Кашкай» на вас оформил, – подсказал я.
– «Кашкай»? А что-то случилось?
– Да есть немного… Или это чисто ваш «Ниссан»?
– Да нет, Лева попросил. Он же не местный, а номера ему столичные подавай.
– Как его найти?
– Не знаю. Он уже второй год у меня не работает.
– Значит, «Ниссан» на вас оформлен… – сердито глянул я на Кожухова, всем своим видом предвещая ему проблемы.
А этого добра у него, похоже, и без того навалом. Так это или нет, но взвалить на себя еще одну проблему он явно не рвался.
– Что там случилось? – разволновался мужик.
– Ну, в принципе пятьдесят тысяч – деньги не очень большие… Как его фамилия?
– Чья? Левы? Оврагов его фамилия.
– Где живет?
– Ну, я же говорю, что он у меня больше не работает.
– А где работает?
– Не знаю.
– А кто знает?
– Кто знает? Есть один человек! – Кожухов поднял указательный палец левой руки, а правой взялся за телефон.
Набрал номер, вызвонил какого-то Саню, и через пару минут я уже записывал адрес. Где-то в Сокольниках Лева жил. Что ж, это почти по пути к моему дому. Семь верст для Москвы – не крюк. Именно так и сказал я Анжеле, когда возвратился к ней в машину.
– Да ты не оправдывайся, – в привычной своей меланхоличной манере сказала она.
– Я не оправдываюсь, просто нам неплохо бы заняться своими делами.
– Это какими?
– В кафе можно сходить… Или лучше в ночной клуб?
– Не хочу в клуб. И в кафе не хочется… Давай что-нибудь домой возьмем, там посидим…
Такой вариант устраивал меня на все сто, но Кеша мог вернуться рано, а он теперь будет меня напрягать. Вдруг Анжела осталась со мной только ради того, чтобы время от времени видеться с ним. Я по делам, а Кеша ко мне в постель. Он парень беспардонный, с него станется… Нет, если ему объяснить, что у меня с Анжелой все очень серьезно, он все поймет и успокоится, но вдруг она сама совратит его? Может, мне пора подыскать новое жилье? Сниму однокомнатную квартиру, буду отдавать за нее столько же, сколько плачу сейчас в доле с Кешей…
– Ты, наверное, о работе своей думаешь? – спросила Анжела.
– О работе? Ну да, о работе…
– Кеша говорил, что ты частный детектив. Кого ты сейчас ищешь?
– Да есть один паренек.
– Паренек? И уже алименты?
– Алименты?! При чем здесь алименты?
– Ну, я слышала, частные детективы алиментщиков разыскивают.
– Слышала или сама кого-то разыскивала? – в шутку спросил я.
Но Анжела, похоже, отнеслась к моему вопросу серьезно.
– Я разыскивала? Нет, я замужем не была. И в гражданском браке не состояла… Не обращалась я к частным детективам.
– Сколько тебе лет?
– А ты в мой паспорт не смотрел?
– Нет.
– Или ты не детектив, или я тебе неинтересна, – вздохнула она.
– Я детектив, и ты мне интересна. Но к тебе в сумочку я не лазил. Это чересчур.
– Мне двадцать лет.
– А выглядишь на шестнадцать…
– Если бы ты хотел польстить мне, ты бы сказал, что я выгляжу на двенадцать. Но ты не хочешь мне льстить, поэтому сказал правду. Я действительно выгляжу на шестнадцать, такая уж у меня конституция…
– А сама откуда?
– Из Суздаля.
– У вас там все такие красивые?
– И не надейся. Там только я одна такая красивая… Скажи, почему Кеша меня бросил? – с досадой спросила она, чем рассердила меня. Плешивый – о бане, она – о Кеше… – Прости, – повинилась Анжела, осознав свою ошибку.
– Ничего, – махнул я рукой.
Но до самых Сокольников не проронил ни звука. И она молчала, думая о чем-то своем.
