– Ну, так я же знаю тебя. Мы с тобой знакомы, я вошел в твое положение…
– Слава, прекрати! – требовательно посмотрела на меня Анжела.
– Остапа понесло! – поднимаясь со своего места, сказал Кеша.
Увы, но он был прав. Что-то уж слишком развезло меня на коньяке, бред какой-то несу.
Кеша взял меня под руку, вывел в моечную и показал на бассейн:
– Охолонись чуток!
– А что такое?
– Хочешь, чтобы Алевтина участковому на тебя стукнула?
– Так я же насильников ее дочери убил.
– Ты их убил? – совершенно серьезно спросил вдруг Кеша. Как ушатом холодной воды меня окатил.
– Гонишь? Не я, конечно!
– А кто?
Меня действительно несло, но я все-таки нашел в себе силы остановиться. Махнув на Кешу рукой, отправился в парилку. Сейчас нагреюсь, а потом в бассейн. Протрезветь надо…
В бассейне меня ждал Кеша. Бутылка коньяка в руке, два бокала.
– Нормально все. Я убедил Алевтину, что у тебя шарики за ролики съехали, – сказал он. – Давай выпьем, чтобы шарики эти поскорее на место встали. Выпьем, шарики смажем…
Я забрался в бассейн, выпил на пару с Кешей.
– Не знаю, как насчет шариков, но Бурунова «со компани» действительно больше нет.
– Но ты же мог это придумать? – парировал он. – Ну, чтобы Алевтину утешить.
– Придумать? А как я узнал про них, если Алевтина мне этого не говорила? Как ты ей это объяснишь?
– Как объясню? Ну, ты же со следователем разговаривал… Где ты с ним разговаривал?
– В Скоровске. Следователь Брюшняков, ля…
Язык у меня стал заплетаться, веки затяжелели, сознание подернулось дымкой сонного тумана. Вроде бы протрезветь собирался, а опьянел еще больше.
– Брат, с тобой все в порядке? – обеспокоенно посмотрел на меня Кеша.
– Да, нормально все… – через силу пробормотал я.
– Давай к столу, скажем Анжеле, чтобы крепкий кофе сделала…
Да, кофе мне бы сейчас не помешал. Я кивнул, соглашаясь с Кешей, вышел из бассейна, кое-как обмотался простыней. Кеша помог мне добраться до трапезной, усадил за стол, сказал Анжеле, что мне нужен двойной экспрессо. Но кофе я так и не дождался. Уснул еще до того, как Анжела его приготовила…
Один глаз открылся сам по себе. Тихий гул мотора, серая лента дороги за лобовым стеклом, свинцовые тучи над горизонтом. Машину тряхнуло, и потому открылся второй глаз. Тогда и «соображалка» включилась. Почему я в машине? Куда меня везут? Где Анжела?
Последний вопрос заставил меня встряхнуться. За рулем сидел Кеша, Анжела лежала на заднем сиденье. Подушечка у нее под головой, глаза закрыты, кисть руки покоится на лбу, ноги согнуты в коленях. Спит она. И, похоже, спит крепко. Уж не Кеша ли ее усыпил? У меня голова тяжелая, как будто мне в коньяк что-то подмешали. А ведь мы с Кешей последний раз в бассейне пили. Мог он коньяк снотворным зарядить? Мог.
– Что за дела? – спросил я, обращаясь к нему. – Куда мы едем?
– Эвакуация, – насмешливо ответил он.
– Какая, к черту, эвакуация?
Мы ехали по шоссе навстречу грозе. Время на часах – половина первого пополудни. Долго же я спал. Точно, неспроста это.
– Ну, ты же разговаривал с Брюшняковым?
– Было дело.
– Тебя кто-нибудь рядом с ним видел? Только честно.
– Ну, менты мимо проезжали, овошники… А что такое?
– Ищут тебя.
– Почему?
– Потому что Брюшнякова убили.
– Откуда ты знаешь? – похолодел я.
– К Алевтине менты приезжали. Тебя искали.
– Гонишь!
– Она ничего не сказала. Пока не сказала, но завтра может сказать. Поэтому я решил уехать.
– Куда?
– Есть одно место. Там вы с Анжелой будете в безопасности.
– Что с Анжелой?
– Спит.
Я повернулся к ней, тронул ее за плечо. Никакой реакции.
– Бесполезно, – покачал головой Кеша. – Она снотворное приняла. Переживала очень… Надоели ей твои подвиги.
– Какие подвиги?
– А Брюшнякова кто убил? Кто от ментов по Скоровску бегал? Кто следы запутывал? Или не было ничего такого?
– Было.
Я сунул руку в карман куртки, нащупал там пачку сигарет, зажигалку, нервно закурил.
– А почему было?
– К чему ты клонишь?
– А если это ты Брюшянкова убил?
– Я?!
– А кто? Ты с Роговым разговаривал, он тебе про Брюшнякова говорил?
– Э-э… Ты откуда про Рогова знаешь?
– Знаю. Я все знаю.
– Все знаешь?!
В голове у меня замкнулась созданная моими догадками электрическая цепь, и по ней побежал ток прозрения.
– Куда ты меня везешь? – спросил я.
– Я же сказал.
– О моей безопасности заботишься? С чего ты это?
– А мы разве с тобой не друзья? – с какой-то ускользающей насмешкой спросил он.
– Друзья. И ты помогал мне следить за Воротниковым.
– Ну, немного…
– При этом ты знал, что этот Воротников вместе со своими дружками убивал Марину.
– Я знал?
– У тебя роман с Алевтиной.
– И что?
– Возможно, ты ее любишь.
– Ну, есть что-то…
– А может, у тебя роман с ее дочерью был?
– Ну, это уже слишком…
– А вдруг?
– За народного мстителя меня держишь? – усмехнулся Кеша.
– Ну, не знаю… Может, ты просто принял заказ от Алевтины. Может, сам… Скажи, что стало с Валентиной?
– С какой Валентиной? Их у меня было немало. Хотя понятно, какая Валентина тебя интересует. Она умерла. Острая сердечная недостаточность, знаешь ли…
– А почему ее дом достался тебе?
– Потому что Валентина была моей женой.
– Не знал.
