Ольга сложила записку, опустила вниз правую руку, ощупала край унитаза. Под ним жевательной резинкой был прилеплен ключ. Она взяла ключ, зажала в кулаке. Сердце ее забилось: вот! С зажатыми в левом кулаке письмом, в правом — ключом. Ольга замерла. Возможность побега потрясла ее.
«Можно! Значит — можно! Можно пробовать!» — забилось в ее голове.
— Нужно… — прошептала она.
Жизнь снова обретала смысл, тело мгновенно наполнилось энергией.
«Надо все продумать. А с кем я побегу? Одной невозможно… С кем? Кому довериться? Подумай, сирота!»
Она вздрогнула. Осторожно разжала кулак, глянула на ключ. Он был самодельный, выпиленный из узкой стальной пластинки.
Пора было возвращаться в «Ветчину». Оставалось лишь спустить письмо Вольфа в унитаз. Делать этого ей очень не хотелось. Она вспомнила старика, до последнего строившего из себя неунывающего циника, вспомнила его рассказ про мальчика с кочергой, тщетно пытающегося вернуть своего отца к жизни, и слезы навернулись ей на глаза. Старик Вольф был
— Тепло… отца… — произнесла она и всхлипнула.
Скомкала письмо, бросила в унитаз. Встала и нажала спуск.
