– Или эти земляне – они, безусловно, кормили тебя семнадцать лет именно для того, чтобы ты могла благополучно упорхнуть в другой мир, оставив их наслаждаться одинокой старостью, так ведь! – к собственному неудовольствию, сорвавшись на визг, продолжала принцесса. – И жизнью целого мира было пожертвовано ради того, чтобы ТЫ могла жить – разве же это накладывает на тебя какие-нибудь обязательства? Разве тебе приходит в голову, что именно ты была спасена не просто так? Что что-то кому-то обязана? Ты… ты – приспосабливающийся паразит, такой же, как вот эта вот! – Ди ткнула пальцем, почему-то руки слегка дрожали, под потолок, где кружилась заинтригованная поворотом разговора импа. – Только, к сожалению, не столь неприхотливый и безопасный.
Блум ошарашено хлопала глазами, вжимаясь поглубже в кресло. Ее зрачки уже вернулись в нормальный свой размер, только бледность и испачканная одежда напоминали о недавнем ранении.
Замолкнув, Диаспро перевела дыхание и обхватила себя ладонями за плечи, стараясь унять лихорадочную дрожь и отдышаться. Только сочтя, что собственный голос прозвучит нормально, без этого мерзкого дребезжания, джемилийская принцесса с усталым видом щелкнула пальцами и позвала:
– Стоундор! Опал!
Магия неспешно заструилась по комнате, складываясь в массивные фигуры каменных созданий. Самоцветные големы были, в отличие от своих глиняных «родственников» были красивыми существами, не лишенными своеобразного изящества. Насколько то возможно, конечно, для каменных существ, основополагающей чертой которых всегда должна оставаться прочность и надежность. Стоундор даже, пожалуй, обладал весьма привлекательной, хотя и грубоватой, мужской внешностью, не смотря на странный цвет «кожи» – серый с узором прожилок. Глянцево-черную креатиду Опал, конечно, по современным канонам женской красоты нельзя было счесть хрупкой девушкой, да и правильные черты были выточены грубее, чем, например, на скульптурах Санстара, но какая-то нечеловеческая, особенная красота в каменной деве была, несомненно. В отличие от коллеги, у Опал были даже серебристые, под цвет слегка фосфоресцирующих глаз, волосы – тоже из камня, разумеется – но высеченные с таким искусством, что только неподвижность мешала им казаться обыкновенной короткой стрижкой.
– Проводите нашу гостью до школьного общежития, – выдавив из себя улыбку, приказала принцесса. – она не очень хорошо себя чувствует…
«И на такси, я почти не сомневаюсь, у нее тоже нет ни гроша!» – впрочем, сейчас Диаспро и за это приплатила бы. Подумаешь – такси! Встреча с Блум, закончившаяся, помимо потрепанных нервов, всего-то сломанным амулетом, вполне могла считаться почти удачей. Если вспомнить ту сумму, которую королевская чета в свое время выложила ее придуркам-похитителям, только чтобы эта идиотская история не получила широкого распространения… на выкуп за, как минимум, трех похищенных персон королевской крови хватило бы, честное слово! И еще семерых пониже рангом в придачу…
– Да послушай ты… – Блум без сопротивления позволила Стоундору вытащить себя из кресла и взять на руки, подала голос, только когда каменный гигант неторопливо зашагал к выходу.
– Всего хорошего, Блум! – чувствуя, что улыбка на собственном лице превращается с какой-то кривой оскал, отрезала ювелирная фея. Возникло какое-то необъяснимое желание услышать, как с громким стуком захлопнется дверь… но, конечно же, Опал, при своих габаритах двигающаяся очень аккуратно, притворила ее тихо. Каменный шорох-поскрипывание и грузные шаги самих големов и то звучали четче.
Какое-то время постояв неподвижно, Диаспро неопределенно мотнула головой и направилась в ванную комнату. Лерка прошмыгнула следом прежде, чем девушка успела захлопнуть дверь, да, должно быть, двери и не были для чертовки такой уж особенной преградой.
– И все-таки я спрошу – а зачем? – зависая в воздухе над левым плечом заторможено разглядывающей себя в большое зеркало над раковиной принцессы, туманно поинтересовалась импа.
– Зачем – что?
– Спасать ее было зачем? Ведь не поверю же ни за что, что тебе может быть ее жалко!
– Сожалеть можно о том, что зачем-нибудь нужно, а не наоборот, – открыв левой рукой кран, Ди подставила пальцы правой под поток холодной воды и, слегка закусив губу, зажмурилась.
– Вот именно! – продолжала трещать в ухо Лерка. – Ты стольких бы проблем лишилась, просто позволив ей сдохнуть. Естественные причины – действительно совершенно естественные. Даже если кого-то и заподозрили, то уж точно не тебя. Собственно, ты и так совершенно не причем – тебя ничто не обязывало ей помогать. Только не говори, что никогда не думала об этом?
– Не думала, – спокойно ответила Диаспро. – королевство Джемелл не пользуется варварскими методами.
– Причем тут королевство? Что ты сама чувствуешь, лапочка? Это же не убийство. Даже не способствование. Чувство – это всего лишь чувство. Разве ты не хотела бы, чтобы она умерла?
