Санк-Марс должен был как-то оградить территорию вокруг хижины. Сзади на него напирали любопытные. Он помог женщине натянуть комбинезон и сказал стоявшему рядом мужчине, чтобы тот отвел ее в какую-нибудь другую лачугу. В этот момент подбежала ее дочка и ткнулась матери в ногу. Казалось, это у них дело обычное – женщина едва заметила, что ребенок ей прилично наподдал. Санк-Марс сказал, чтобы все покинули домик и отошли от двери, но народ отхлынул к окнам и стал пялиться на то, что происходило внутри.
Ему предложили три сотовых телефона, он взял один у высокого грузного мужчины, потом обратился к нему с просьбой еще об одном одолжении:
– Вас не затруднит держать людей подальше от домика? Это будет непросто.
Тот хмыкнул и кивнул головой.
– Спасибо. – Санк-Марс вернулся в хибарку, где детектив Мэтерз споласкивал руки в проруби. – Так что же мы имеем?
Мэтерз пропустил скрученную прочную леску в петли для пуговиц на куртке и рубашке мертвеца, а другой ее конец привязал к ножкам чугунной печки.
– Свалиться он сюда не мог. Его нельзя отсюда вытащить через эту прорубь, предварительно ее не раздолбав.
Голова утопленника занимала почти все пространство проруби. Плечи трупа в нее пройти просто не могли.
– Здесь, наверное, немало мест, где можно свалиться под лед. Беднягу могло сюда прибить течением за несколько миль. Может быть, он ехал на снегоходе и оказался в том месте, где быстрое течение подмыло лед. Хотя в такую погоду это более чем сомнительно.
– Вы бы не хотели, Эмиль, сначала рассмотреть все факты? – Мэтерз энергично растирал замерзшие мокрые руки.
– Какие именно?
– Ваша теория никак не объясняет, откуда у него в голове взялось пулевое отверстие.
Старший полицейский взглянул на младшего. Тот с серьезным видом кивнул, давая понять, что ему не до шуток. Он показал на собственную шею.
– Вошла сюда, вышла спереди. Ниже. Вот тут. – Мэтерз указал на нижнюю часть горла.
Санк-Марс набирал номер на сотовом телефоне.
– Вы звоните в Сюрте дю Кебек?
Как сотрудники муниципальной полиции Монреаля, они сейчас были не на своем острове и формально заниматься этим делом не имели права. Расследование связанных с насильственной смертью серьезных преступлений в небольших городках подлежит юрисдикции Сюрте дю Кебек – провинциальной полицейской службе Квебека.
Санк-Марс отрицательно покачал головой, потом попросил у кого-то по телефону дать ему номер отделения полиции в городке Вудрой-Дорион.
– Почему вы решили звонить им? – спросил Мэтерз начальника, как только тот закончил разговор.
– Это их прорубь.
– Это убийство, Эмиль. Им все равно придется передать дело.
– Но они будут в курсе. Начальник полиции маленького городка мог бы оценить, что ему сообщили о происшествии, а потом как-нибудь тоже поделиться новостями. А если мы с ходу передадим это дело в Сюрте, тогда нас наверняка здесь задвинут.
– А нам надо, чтобы нас не задвигали?
– Ты же сам только что сказал, – шепотком ответил Санк-Марс, удивив напарника, – что с рыбалкой у нас облом получился.
Мэтерз дождался, пока Санк-Марс закончит второй разговор по телефону, потом спросил его:
– Эмиль, зачем мы сюда с вами сегодня притащились? Вам что, кто-то на что-то слегка намекнул?
– А сам ты не врубаешься? Мы, Билл, сюда за золотой рыбкой приехали. Вы, англичане, ее называете окунем. Как тебе кажется, если я вместо окуня вдруг поймаю кита, мне что, от него надо отказываться?
Мэтерз никогда наверняка не знал, чего можно ждать от начальника.
– И что теперь?
– Улыбнись. Тебя снимают на камеру.
Молодой человек бросил взгляд в сторону и в замерзшем оконце задней стенки дома увидел видеокамеру, снимавшую помещение с изменением масштаба изображения, причем именно в тот момент оператор крупным планом отснял темную прорубь, в которой мягко покачивался обледеневший труп, потом объектив снова остановился на полицейских.
– Уже сегодня, напарник, – сказал Санк-Марс, – ты станешь героем вечерних новостей.
– Я не поленюсь сбегать за воздушной кукурузой, если вы поставите пиво.
