— Простите. Хонигвакс. Теперь я запомню. Простите, мистер Хонигвакс, снова запамятовал. Этой ночью в меня стреляли. После покушения мне не спалось, а не выспавшись, я становлюсь раздражительным. В таком состоянии я слишком переедаю. Старая дурная привычка. Объевшись, я часто теряю над собой контроль. А когда у меня начинает плохо работать желудок, следом за ним мутится в голове. Надеюсь, вы простите мою неучтивость.
Хонигвакс коснулся пальцами груди.
— Уверяю вас, мне нечего вам прощать.
В этот момент Санк-Марс вдруг вскочил, полный сил и энергии, как чертик из табакерки.
— Нет, есть что! Будь я в форме, обязательно продолжил бы с вами обсуждать концепции о строении Вселенной. Видите, как мастерски вы увязали поло с лошадьми. Я задал бы вам вопрос, как вы используете серого жеребца в качестве второй лошади, если ясно, что он быстро выдыхается — хотя, как и вас, меня восхищает его начальная скорость, — а еще я задал бы вам вопрос о соображениях по поддержанию безопасности «БиоЛогики» теперь, когда руководитель этой службы убит. А вместо этого я даже ваше имя не могу толком выговорить.
Президент встал, как будто собирался проводить гостя до двери.
— Каждый может взять себе отгул.
— С другой стороны, поскольку я уже здесь, давайте попробуем разобраться в сути дела. Вас встревожил тот факт, что руководитель вашей службы безопасности был убит? Я имею в виду, волнует ли это вас с точки зрения благополучия вашей компании?
Санк-Марс был доволен, что президент не очень представлял, как следует относиться к словам визитера — что принимать всерьез, что воспринимать как шутку. Хонигвакс больше привык к приказам и контролю, и детектива отчасти позабавило, что избранная им линия поведения выбивала у собеседника почву из-под ног. Усталость ему в этом не помогала, расстроенный желудок сильно мешал, но Санк-Марс свято верил, что возникающие препятствия можно использовать во благо делу, и именно так он старался сейчас поступать.
— Я был настолько потрясен его смертью, что еще даже не думал об этом. Полагаю, эта трагедия не имеет никакого отношения к «БиоЛогике», — сказал президент.
— С чего вы это взяли? С чем же еще это может быть связано?
Хонигвакс явно чувствовал себя не в своей тарелке.
— Не знаю. Я считал, я думал, что это было либо случайным проявлением насилия, либо, возможно, чем-то личным. У нас, конечно, есть определенные проблемы с безопасностью, но ничего подобного в этой связи не было никогда.
— Ваши охранники вооружены?
— Полагаю, да, — ответил Хонигвакс.
— То есть вы допускаете возможность насилия, в ответ на которое возникнет необходимость применения оружия.
— Я полагаю, что наличие оружия является средством сдерживания, — возразил Хонигвакс.
— Позвольте спросить, кого именно?
— Не знаю. Смутьянов, нарушителей порядка.
Санк-Марс улыбнулся. Грех было на такой подставе не подловить собеседника.
— Вооруженных возмутителей порядка? — спросил он.
— Вы знаете, что я имею в виду, — попытался выпутаться Хонигвакс.
— Нет, не знаю. — Санк-Марс глубоко вздохнул, потом неожиданно сказал: — У меня есть некоторые соображения по поводу более рационального использования вашего серого жеребца — второго скакуна. Он будет великолепен на охоте, там он сам сможет регулировать аллюр и прекрасно использовать скорость в рывке. У меня даже есть на примете покупатель на него. Но вам понадобится замена. И снова совпадение! У меня есть великолепная кобылка-четырехлетка, достойная лишь такого замечательного наездника, как вы.
— Так вот вы о чем, — дошло до Хонигвакса. — Вы хотите продать мне лошадь. Я слышал среди любителей лошадей разговоры о том, что с вами надо держать ухо востро.
— Все в мире, сэр, это своего рода торговля лошадьми. Вы ведь ученый?
— Я получил соответствующее образование, но со временем сфера моей деятельности изменилась.
— В каком направлении?
— Еще когда я начинал работу, меня постигло разочарование в том, как медленно развиваются исследования — и как мало на них выделяется средств. Поэтому позже я стал заниматься именно этим аспектом исследовательской деятельности. — По ходу объяснения речь его становилась все более быстрой, он оживлялся, когда говорил о себе. — Прошли годы, но к своим исследованиям я так и не вернулся.
— Понятно. — Санк-Марс встал и прошелся по кабинету, восхищаясь выставленными там спортивными призами. — Какими именно вопросами безопасности ведал ваш руководитель службы безопасности, сэр?
— У нас биотехнологическая компания, детектив. Мы работаем над целым рядом проблем.
— Просветите меня в этом плане. Начальник вашей службы безопасности был убит. Застрелен выстрелом в горло. Потом его утопили в озере. Зрелище, знаете, не из приятных. Мне надо понять, кто мог проявлять интерес к вашей системе охраны.
