Как только мы приблизились к месту, на которое указала руна, ее свечение начало меняться: из серебристого оно стало голубым, затем малиновым, а потом снова серебряным – ярким, чистым, обжигающе белым, как искры бриллиантов. И чем дольше мы смотрели на землю, тем ярче разгоралось свечение – постепенно оно приобрело четкие контуры, формируя фигуру.
– Да это же дверь! – воскликнул я.
Мы сделали шаг вперед, и дверь открылась.
– Асгард! – с восторгом протянула Дана.
Мы ступили внутрь, и дверь захлопнулась за нашими спинами. Странное дело, меня это совсем не испугало, словно я был даже не против проторчать здесь целую вечность.
Сперва, пока наши глаза не привыкли к слепящему белому свету, мы ничего не видели кругом, кроме снега, но затем стали проявляться очертания города изо льда, серебра и хрусталя. Сияющие в лунном свете высокие здания были вырезаны из голубого и белого гранита, их окружали покрытые снегом холмы, где, насколько хватало глаз, протянулись зеленые аллеи. Асгард выглядел таким умиротворяющим, таким идеальным, что впервые за долгое время я по-настоящему расслабился.
– Стойте там, где стоите! – взревел низкий голос, неожиданно вырвав меня из мечтательного созерцания прекрасного. Я перевел взгляд от блистающих сооружений Асгарда на того, кому принадлежал голос, и чуть не подавился.
Честно говоря, я уже привык к тому, что скандинавские боги выглядят как помесь бодибилдера с моделью, но представший перед нами парень был на добрых полметра выше Бальдра, волосы у него оказались длиннее и косматее, а вооружен он был целым арсеналом оружия: дротиком с семью лезвиями, парой луков, неким подобием тарелки фрисби с горящими шипами и длинным шестом с большими золочеными когтями на конце. За спиной гиганта в небе возник радужный мост.
– Вы… Один? – робко спросил Джон.
– Ха! – прогрохотал великан. – Кто я такой, чтобы меня спутать с Одином! На самом деле я хранитель моста радуги, соединяющего Асгард с Мидгардом, и я вас знаю. Вы Оуэн, Джон, Сидни и Дана.
– Мы пришли к Одину, – начал я. – У нас… с собой… вот это… – Сидни на ладони протянула хранителю руну.
В мгновение ока земля содрогнулась – по радужному мосту неслись лошади. Правда, так я подумал сначала, поразившись жуткому грохоту, но затем поднял глаза и увидел… одну лошадь, но с восемью ногами. Бог, чья голова была увенчана рогатым шлемом, во весь опор скакал к нам. Его светлые, практически белоснежные волосы развевались на ветру. Увидев гигантский молот в его руке, мы более не сомневались, с кем имеем дело.
– Тор! – завопил Джон. – Вот круто! Я про него столько киношек смотрел!
Тор на полном ходу потянул за узду, останавливая коня, мифическое животное резко затормозило в нескольких сантиметрах от нас.
– Один Великолепный, мой отец, просит вас в кузницу! Поднимайтесь на мою лошадь!
Да, над таким приглашением не будешь думать дважды. Во второй раз за сегодняшний день мы вскарабкались на магического коня.
Изо всех сил уцепившись друг за друга, мы сидели на гигантском восьминогом животном. Лошадь неслась в глубь зеленых аллей – на самом деле вблизи это оказался хвойный лес, уступами карабкающийся на холм. Мифический конь преодолевал несколько километров в минуту. Ветер свистел у нас в ушах, было трудно дышать от сильнейших порывов. Но в следующее мгновение мы увидели Вальгаллу – гигантский зал в самой северной точке Асгарда. Вальгалла представляла собой чертог размером с небольшой город. Изнутри он был украшен резными деревянными и каменными наличниками, покрытыми льдом. Освещался зал серебристым светом. Вдоль колонн стояли фигуры воинов в полном вооружении. Мифическая лошадь проскакала мимо воинов, населяющих Вальгаллу, прямо к кузнице, из дымоходов которой вырывались черные клубы дыма. Мы узнали привязанных у входа коней валькирий.
– Эта та самая кузница, о которой нам говорил Бальдр, – сказала Сидни, как только мы спешились. – Что-то вроде того места, где циклопы ковали доспехи для Локи. Только в нашем городке ее заменила электростанция.
– Мой отец, Один, готовится к войне, – пробасил Тор.
Мы прошли мимо сваленных в кучи нагрудников, шлемов, мечей всевозможной длины и ширины. Копья, секиры и топоры валялись у стен кузницы. Некоторое оружие было брошено здесь намеренно, чтобы остудиться, и теперь в лужицах растаявшего снега виднелась бурая земля.
Из дверей кузницы показалась голова мисс Хильды:
– Он ждет вас!
Честно говоря, у меня отлегло от сердца, когда я увидел знакомое лицо. Как только мы вошли внутрь, то почувствовали невыносимый жар раскаленного горна, где полыхал огонь. Закопченный потолок мрачно нависал над нашими головами. В кузнице повсюду висело оружие: некоторое разогретое до красного каления, другое уже остывшее – черное и гладкое.
