ОН НАЗЫВАЛ СЕБЯ АДАМОМ. ОН БЫЛ УВЕРЕН, ЧТО СМОЖЕТ ВОЗРОДИТЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВО. Нужны были только женщины на роль Евы. Много женщин…Карельскую деревню Кайсе окружают непроходимые болота, замерзшие озера, продуваемые всеми ветрами пустыри. Местные давно оттуда съехали, и шансов повстречать там человека намного меньше, чем одинокого истощенного медведя или волка. А еще в тех местах есть капище с деревянными истуканами – жуткое место, которое бродяги или геологи стараются обходить стороной.Где-то в тех местах четыре года назад пропала девушка Варвара Карпова. Родители поехали ее искать – и тоже сгинули. Тело матери нашли с пулевым ранением, а отец пропал без вести.Оперативно-разыскная группа по пути на капище увязла в сугробах, но к счастью, смогла добраться до единственной обитаемой избы. Там с женой и четырьмя детьми жил хранитель старины и создатель местного этнографического музея Тихон Диконов.Он согласился помочь сыщикам в расследовании и предложил навестить своего соседа – отшельника Казубова, обитающего у капища в занесенной снегом хижине…«Произведения Алекса Нормана – это невероятно точно переданная атмосфера смутного ужаса и опасности. Сюжет развивается плавно, с легким ускорением. Читатель все время находится рядом с персонажами, он слышит все звуки, он улавливает запахи, он ежится от северного холода и с тоской поглядывает на низкое выстуженное небо. И пока еще нет убийств и крови, но ожидание приближающейся драмы настолько сильно, что нет воли оторваться от книги и отвлечься на что-либо иное. Власть триллеров Нормана над нами – бесконечна…» – Алексей МАКЕЕВ, писатель, соавтор детективных романов о сыщике Гурове
Чудовище. Триллеры о серийных убийцах
© Норман А., 2024
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024
Дело к зиме, валуны у воды в моховых шапках, скалы за рекой под хвойным покрывалом, сизые облака нависли над лесом ватной периной. Холодно, снежинки срываются, завьюжит скоро, заметет, а там и морозы навалятся. Но в Новом Эдеме даже в самый лютый холод весна, жаль, что не все понимают это. Не могут поверить в свое счастье. Или не хотят. Ничего, поймут, примут, благодарить будут, руки целовать, ноги мыть, в рот заглядывать. Новый Адам для того и прислан в этот мир, чтобы наставлять заблудших овец на путь истинный. И землю новой жизнью заселять. Землю, которую сгубили плохие люди.
Заблудшим душам не место в раю, им предопределено чистилище, откуда всего два пути – или к свету истины, или еще глубже во тьму, на вечные муки. Если грешница не примет высшую волю, Адам сам, своей рукой Господа отправит ее в ад. Он верит в свое высшее предназначение, никаких сомнений быть не может.
Адам остановился, глянул на лес, на горы, кашлянул в кулак, вознес голову к небу, перекрестился. Бог его хранит, плохие люди не смогут подкрасться к нему незаметно, и все же Адам глянул по сторонам, прежде чем спуститься во тьму. Никто не должен его здесь видеть.
Женщина – существо нечистое, неисчислимое множество женских пороков может повергнуть в уныние даже сильного духом мужчину. Но Адама бесовские соблазны не пугают, он знает, как очистить порочную душу, на это уже потрачено столько времени, но ему терпения не занимать.
Девушка, имевшая счастье попасть к нему на попечение, ни в чем не нуждалась. Подземелье держало тепло, печь он топил вчера, температура здесь близкая к райской. И хлеба он вчера подал, и даже молоком поил. А еще гостью ждет вкусный сыр и масло, если она в конце концов сбросит оковы гордыни и по своей воле примет в себя силу покаяния.
Девушка, нареченная им Евой, сидела в клетке на матрасе, закутанная в одеяло из верблюжьей шерсти. Клетка небольшая – два метра в длину, столько же в ширину и вверх, сварка грубая, арматурные прутья ржавые. Зато оковы не сковывают ее движений. А ходить Еве некуда, перед ней открыт только путь познания, пройти который она должна мысленно. И остановиться на тонком льду. Если сделает правильный выбор, ей наверх, если нет, то в ледяную воду, в раскаленные глубины вечного ада.
Ева – девушка хрупкая сама по себе, а еще долгое воздержание от земных страстей, напитав дух, ослабило тело. Адам без опасений зашел к ней в клетку. Обычно послушница оставалась сидеть, кутаясь в одеяло, а сейчас она вдруг поднялась ему навстречу. Но Адам не испугался: Ева отвела взгляд и опустила голову, выражая свое перед ним смирение. Но при этом она не отпускала одеяла, которое продолжало скрывать пока еще грешную наготу.
– Ну! – потребовал Адам, чувствуя, как окрыляющая дрожь охватывает его душу, вспышками молний поднимаясь к сознанию и бурлящей тяжестью растекаясь вниз по телу.
Он умел ждать, четвертый месяц заканчивается, как Ева с ним, и все это время он ходит к ней, только чтобы учить и наставлять. Не приставал, рук не распускал, грязных слов не говорил… А разве можно назвать насилием таинство зачатия? Да, в день, когда Ева появилась в его жизни, Адам посеял в ней новую жизнь, она тогда крепко спала, сопротивляться не могла. Но ведь это же не насилие. Тем более что Адам больше не тревожил грешную душу, ждал, когда взойдет семя. Ждал, не трогал, держал себя в узде, хотя это давалось нелегко. Ждал и верил, что когда-нибудь Ева сама скинет перед ним покровы порока. Ждал и дождался.
Ева вздохнула, кивнула, разжала руки, девичьи ресницы дрогнули, ее покровы пали к его ногам.
Человек должен плодиться и размножаться, Адам жил с этим, поэтому предпочитал выносливых женщин с крепким телом, а Ева тощая, слабая, кожа до кости. Но ребра все-таки не выпирают, слегка так просматриваются. Длинная шея, точеные ключицы, длинные руки, грудь вполне годная для кормления, сосочки такие сладкие, что хочется превратиться в младенца и припасть к ним. Нежная кожа, волнующая линия бедер, поросшая девичьим пухом расселина, тесноту которой Адам чувствовал всеми своими корнями. Тесноту, которую, аж дыхание останавливалось, хотелось раздвинуть, протоптать.
Но больше всего Адаму понравился девичий животик, он всего лишь слегка округлен, но в нем уже угадывалась новая жизнь. Все-таки взошло семя, одно это уже причина для восторга. Но не повод для остановки. Адама распирало от нетерпения. Самое время сейчас закрепить свой с ней союз, ребенок должен родиться в браке.
– И сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь… – с трудом разжимая челюсти, проговорил он.
