Немудрено, что кассир крупного банка, уроженец Финляндии Раутапяя, воспользовался таким удобным случаем. До финской границы – всего ничего. А там, в продуваемом ледяными ветрами Гельсингфорсе, российская полиция бессильна. И всем заправляют местные блюстители порядка, для которых распоряжения имперских властей – пустой звук. Используя подложные документы, господин Раутапяя похитил почти триста тысяч рублей и был таков… В один из дней августа 1913 года в холодную и дождливую финскую столицу отправляется статский советник Лыков. Приказ – найти, поймать и вернуть воришку вместе с деньгами. Но поиски преступника быстро зашли в тупик. Кассир найден убитым, а украденные им деньги бесследно пропали. Оставалась одна маленькая и почти безнадежная зацепка: возле трупа лежала странная записка, которая обрушила все прежние версии Лыкова и превратила дело из уголовного в политическое…
Второго сентября 1913 года из Петербурга выехали двое. Об отъезде одного сообщили газеты. Товарищ министра внутренних дел, командующий Отдельным корпусом жандармов генерал-майор СЕИВ[1] Джунковский отбыл на лечение в Наухгейм. Кошки из дому, мышки в пляс… В Департаменте полиции сразу улучшилось настроение. Директор департамента Белецкий, кандидат на увольнение от должности, выпятил грудь колесом. Своим ближайшим подчиненным он сказал:
– Говорят, дела Джуна плохи. Авось германские докторишки окончательно его залечат. Мы еще поглядим, кто кого пересидит.
В тот же день в Финляндию, без всякой помпы, уехал статский советник Лыков. Чиновник особых поручений при министре внутренних дел в пятом классе не та фигура, которая интересует прессу. Хотя задание, которое он получил от начальства, было особенным.
В середине августа в столице произошло необычное преступление. Старший кассир Русского для внешней торговли банка Хейкки Раутапяя придумал и успешно реализовал сложную аферу. Как потом выяснило дознание, он послал сам себе из разных почтово-телеграфных контор Петербурга и Гатчины двенадцать телеграмм. Текст их был вполне заурядным. А получателем указывался предъявитель рублевого билета за номером НВ-474. Собрав все телеграммы, кассир отпарил от бланков нужные ему слова и составил из них тринадцатую депешу. Она была послана якобы купцом первой гильдии Смирновым, владельцем Ликинской мануфактуры и крупным клиентом Русского банка. В телеграмме промышленник приказывал банку выдать его доверенному[2] потомственному почетному гражданину Лужскому двести восемьдесят девять тысяч рублей со счета владельца. Затем, улучив момент, финляндец подбросил фальшивую телеграмму во входящую корреспонденцию и расписался в журнале о ее получении.
Приказ Смирнова не вызвал в банке каких-либо подозрений. Сумма, конечно, была серьезная, так и купец тоже серьезный! Все знали, что Алексей Васильевич строит планы влезть на туркестанский хлопковый рынок. Деловые люди предрекали сильный его передел. Смирнов задумал синдикат, который должен был оттереть старых игроков по хлопку – Среднеазиатское торгово-промышленное товарищество и Туркестанское торгово-промышленное товарищество «Соловьев К. М. и К0». Не иначе деньги понадобились старику для интервенций. Ну и выдали требуемую сумму… Средства в своем кабинете вручил доверенному сам старший кассир. Лужский, высокий бородатый мужчина, предъявил бессрочный паспорт, сгреб почти триста тысяч в саквояж и был таков. Потом сыскная полиция выяснила его настоящее имя – некий Караулов, мелкий мошенник. Раутапяя нанял его всего за двадцать пять рублей сыграть роль доверенного. Вышел из банка проходимец с пустым портфелем – деньги кассир оставил себе и вынес вечером. После чего исчез.
Гром грянул через три дня. Не дождавшись прихода финляндца на службу, его начальство решило наконец проверить последние операции пропавшего старшего кассира. И обнаружило поддельную телеграмму. Запросили Смирнова и выяснили, что никаких поручений банку он не давал и фамилию Лужский никогда не слышал.
Скандал вышел громкий. Семидесятитрехлетний аксакал являлся одним из крупнейших предпринимателей Московской и Владимирской губерний. Меценат, благотворитель, уважаемый человек – и попал на такие убытки. Главноначальствующий над Москвой генерал Адрианов лично телефонировал министру внутренних дел Маклакову и просил раскрыть ужасное преступление. Команда полетела в градоначальство, там мобилизовали всю Петербургскую сыскную полицию, но люди Филиппова след взять не смогли. Выяснили только, что мошенник скрылся на территории Великого княжества Финляндского. А туда русским сыщикам ходу нет.
Еще выяснилось, что чемодан сорги[3] хитрец провез на родину легально, выдав себя за денежного курьера и предъявив на таможне поддельные банковские документы.
