Шевельнулись внутри способности рода Зорат, что принял меня под свою сень после того, как ступила на Тропы и отказалась от прежней жизни. Подумав, что в совиной форме мои ещё неокрепшие способности смогут легче объяснить, что следует предпринять, обернулась хищной птицей. После чего с комфортом устроилась на высокой спинке кресла, где сидела юная наследница леди Алиры Гралльв.
Почему юной драконессе так нравилось гладить жёсткие серебристые перья у меня на спине, никто из нас не понимал. Ласковые прикосновения тонких пальцев разбудили новые грани способностей. В голове вспыхнуло как озарение, а тихий весёлый смешок Солейры, который услышала только я, дал понять, что выбранный путь — не ошибка.
Хлопнув круглыми медными глазищами, снова приняла человеческий облик и попыталась объяснить остальным, какая идея пришла мне в голову. Только леди Алира прижала указательный палец к своим губам, призывая к молчанию. Потом увела меня и свою дочь в личный кабинет. Едва слышно прошептала:
— Не стоит давать нашим врагам даже малейшей зацепки. Я совсем не желаю, чтобы вам, кхайя Береника, был принесён даже малейший вред. Драконы тоже умеют быть благодарными. Я уже не надеялась когда-нибудь вновь обнять Хабблу, — рыжеволосая женщина с нечеловечески бездонными изумрудными глазами печально улыбнулась мне. Чутьё сразу подсказало, что она говорит от чистого сердца и не держит за пазухой камня. — Если глава рода теряет свою наследницу, она изгоняется на Остров Разбитых Надежд до тех пор, пока супруг не вернёт дитя под родную крышу. Лорд Фернор не пожелал спасти собственного ребёнка от рабской доли. Оставил на откуп сомнительной чести быть игрушкой в руках этой ненормальной парочки магов смерти. Тарулла и Парвис принесли бы в жертву их обеих. Некромантические плетения становятся сильнее пропорционально отнятым жизням. Мой бывший супруг так и не понял, что стал бы третьим подношением демону, ставшему сутью «Очарование Ночи». А теперь скажи, что нам нужно предпринять, чтобы заполучить опасный фолиант и как потом избавиться от него?
— Магам смерти нужны серебряные амулеты, выкованные мной. Тогда магия Ледяных Троп не позволит снежным демонам выпить их души и поработить тела. Именно так появляются зимии. Сам фолиант им тоже придётся заключить в оклад из лунного металла с особым узором из рун и обережных узоров. Иначе он убьёт их в тот же миг, когда они посмеют раскрыть его на самой первой странице. Вот почему Калев не спешил присоединиться к остальным бессмертным. Он хотел сначала исправить оплошность. Они вместе её допустили. Этот магический труд создали существа, которых изначально не считали достаточно умными и хитрыми, чтобы причинить окружающим реальностям и Тропам даже малейший вред.
— Да, мы недооценили несколько тёмных существ, что долгое время жили в уединённых долинках, не мешая Хранителям исполнять свои обязанности. Не причиняли вреда тем, кто решил поспорить с судьбой, пройдя через испытания. Потом они подкинули книгу Гордыне Ждановичу. Пообещали, что тот станет самым могучим, а, значит, главным магом льда в этих местах. Тогда Времень и Солейра одарят его такими милостями, что все почернеют от зависти и злобы. Естественно, перед таким искушением бедолага не смог устоять. Только не учёл, что слишком много магии этих мест… — Изначальный лукаво посмотрел на меня, предлагая самой докопаться до лежащей на поверхности истины.
— Утратил свою человеческую суть почти полностью. Если он ещё раз воспользуется «Очарованием Ночи», то превратится в зимия. Светлая магия льда в его крови уже стала серой. Как и те, кого Тарулла и Парвис собирались принести в жертву собственным амбициям и жаждой наживы. Только не понимаю, зачем ему так понадобилась я? — вопросительно посмотрела на главу драконьего рода Гралльв.
— Разделив ледяной дар пополам, получил бы часть твоего благословения Солейры. Гордыня Жданович избавился бы от излишков могущества и вернул часть утраченного. Конечно, вы оба сильно бы изменились. Мне его жаль, но за последствия собственных решений каждый должен сам отвечать, а не перекладывать бремя последствий на чужие плечи!
Леди Алира не скрывала презрения к тому, кого считала таким же аховым спутником жизни, как и бедового и ненадёжного драконьего лорда Фернора. С ним она ещё совсем недавно была связана брачными узами.
— Калев, я так и не придумала, как заполучить фолиант, не нарушая воли Богини-Матери, — ощущение неловкости возрастало очень быстро, поэтому решила оставаться совой.
— Прости, мне запрещено подсказывать или помогать тем, кто проходит испытания Троп Ледяных Зеркал. Думай, Береника. Решений несколько, выбери то, что наименее опасно не только для тебя, но и для этого мира.
Во дворе раздался оглушительный грохот. Пол под нашими ногами ощутимо дрогнул. Начальник замковой стражи побагровел от гнева. Его чем-то сильно уязвлённое самолюбие требовало покарать наглеца, но без позволения главы рода Гралльв он не мог пуститься во все тяжкие, как требовала его охваченная праведным гневом огненная суть.