Утром 20 июня управление 9-й армии тронулось в путь. На следующий день… я тоже выехал из Одессы поездом в Тирасполь и вечером прибыл в штаб армии (Вопросы истории. 1970. № 5. С. 45–46)[34].
Теперь посмотрим, что происходило 13 июня 1941 года во внутренних военных округах Советского Союза, в далеких уральских, алтайских, сибирских провинциях.
Дата 13 июня 1941 года по своему значению в истории войны гораздо важнее, чем 22 июня 1941 года. Советские генералы, адмиралы и маршалы в своих мемуарах описывают этот день гораздо подробнее, чем 22 июня. Вот одно типичное описание того дня. Рассказывает генерал-лейтенант Н. И. Бирюков (в то время генерал-майор, командир 186-й стрелковой дивизии 62-го стрелкового корпуса Уральского военного округа):
13 июня 1941 года мы получили из штаба округа директиву особой важности, согласно которой дивизия должна была выехать в «новый лагерь». Адрес нового расквартирования не был сообщен даже мне, командиру дивизии, и только проездом в Москве я узнал, что наша дивизия должна сосредоточиться в лесах западнее Идрицы (ВИЖ. 1962. № 4. С. 80).
В мирное время дивизия получает и хранит документы с грифом «секретно», очень редко – с грифом «совершенно секретно». Документ «особой важности» может появиться в дивизии только во время войны и только в исключительном случае, когда речь идет о подготовке операции чрезвычайной важности. Многие советские дивизии за четыре года войны не получили ни одного документа этой высшей степени секретности.
И вот вдруг
Не одна только 186-я стрелковая дивизия Уральского военного округа получила такую директиву.
Первой начала погрузку 112-я стрелковая дивизия. Утром 13 июня с маленькой железнодорожной станции отошел эшелон… За ним пошли другие эшелоны. Затем началась отправка частей 98-й, 153-й, 186-й стрелковых дивизий.
К отправке также готовились 170-я и 174-я стрелковые дивизии, артиллерийские, саперные, зенитные и другие части. Для управления уральскими дивизиями были созданы управления двух корпусов, а они в свою очередь были подчинены штабу новой 22-й армии (командующий – генерал-лейтенант Ф. А. Ершаков). Вся эта масса штабов и войск под прикрытием успокаивающего сообщения ТАСС тайно двинулась с Урала в белорусские леса.
22-я армия была не единственной. Рассказывает генерал армии (во время описываемых событий – подполковник Оперативного управления Генерального штаба Красной Армии) Сергей Матвеевич Штеменко:
Перед самым началом войны под строжайшим секретом в пограничные округа стали стягиваться дополнительные силы. Из глубины страны на запад перебрасывались пять армий (Штеменко С. М. Генеральный штаб в годы войны. М.: Воениздат, 1968. С. 26).
В книге «Начальный период войны», написанной группой авторов под руководством генерала армии Семёна Павловича Иванова (М.: Воениздат, 1974. С. 211), указывается:
Все эти армии должны были образовать Второй стратегический эшелон Красной Армии.
