Все они были необитаемы. Это отсутствие жизни подействовало на каждого.
— Пустая земля, — тихо произнес подавленный Гуннар.
— Да, — согласился Та-ходинг. — Ясно, что здесь не будет никакой торговли. Однако некоторые острова, мимо которых мы проехали, выглядят гостеприимно.
— Может быть, это из-за вулкана, — сказал Септембер. — Ведь эти острова расположены от него на таком расстоянии, что их периодически накрывает пеплом и пемзой.
— Даже если так, — заметил Этан, — возможность учреждения нескольких торговых центров могла… — он остановился, услышав крик с грот-мачты, который заставил транов не то что похолодеть, но — оледенеть, сравняться с сотнями метров замерзшей воды под ними.
— Гутторбины! На северо-востоке!
Гуннар, Та-ходинг и дюжина матросов и солдат бросились к перилам.
— Что происходит? — крикнула Колетта, высунувшись из люка. Гуннар толкнул Этана, чтобы тот ответил.
— Спускайтесь вниз, леди дю Кане!
Это прозвучало без какого-либо оттенка вежливости, — как приказ.
Колетта рассердилась.
— Минутку… — начала она раздраженно.
Но на этот раз заговорил Септембер — угрожающе и без юмора:
— Делайте, что вам говорят, мисс дю Кане.
Она заколебалась, неуверенно глядя на него. Наконец, что-то бормоча, она исчезла с палубы.
— Я вижу их, — буркнул великан, прикрывая глаза рукой.
— Я тоже, — не отстал Этан.
Далеко на северо-востоке показалось небольшое облако крохотных коричневых пятнышек. Облако мошкары достигло размеров мухи, превратившись в массу темных силуэтов в форме буквы "Т".
— Мы можем удрать от них? — спросил Септембер.
Ответ Гуннара был суров.
— Нет, мой друг. Может быть, с ветром позади нас… но у них все равно будет угол для маневра. Ясно, что они нас заметили. Может, нам придется драться, хотя всегда остается шанс, что мы их не заинтересуем.
С другой стороны палубы раздался раздраженный рев. Этан узнал голос генерала Балавера.
— Драконы, сэр! — крикнул Гуннар.
— Близко? — гаркнул генерал, берясь за меч.
— В пяти, может быть, в шести куджатах, и приближаются.
Балавер выругался, подошел к переднему люку и крикнул в него. Почти сразу же из него полезли солдаты, как из потревоженного муравейника. Тем временем генерал поспешил присоединиться к ним на корме.
— Нам ничего не остается, кроме как драться с ними, — заключил Гуннар, беспокойно глядя вверх. — Мы поставим лучников в середине группой, а копьеносцев по бортам.
Этан смотрел, как увеличиваются размеры стаи.
— Насколько они умны?
— Не особенно, — ответил Гуннар. — Они охотятся с помощью зрения, слуха и обоняния, а не мозгов.
— У меня есть одна мыслишка, — начал Септембер. — Мы можем попытаться сделать вот что…
На борту «Сландескри» никто не двигался. Каждый старался вжаться в перила или импровизированные баррикады из ящиков и бочонков. Ни одного из самых смелых штурманов нельзя было убедить оставаться у руля во время нападения драконов, и ни Гуннар, ни Балавер не стали бы никого заставлять.
Так что управление было связано с нижней каютой сложной системой веревок.
Стая продолжала уверенно приближаться к большому кораблю.
— Наверно, не меньше сотни, — возбужденно прошептал Септембер. — Уродливые дьяволы, правда, приятель?
С носа корабля раздался гнусавый голос генерала Балавера после резкого звука натянутой тетивы.
— Эй вы, там! Не раскидывайте стрелы понапрасну, идиоты!
Гутторбины не нападали. Вожак в последний момент свернул и начал кружить над плотом. «Сландескри» продолжал рассекать воздух, на палубе ничто не двигалось, пока визжащие чудовища носились вокруг мачт.
Широкие кожаные крылья, похожие на крылья летучих мышей, были прикреплены к заросшим шерстью обтекаемым телам, оканчивающимся раздвоенными хвостами. На каждом крыле были когти, и большие когтистые лапы свертывались кольцом, как пружины, под мягким животом. Каждая голова была кошмарной помесью крокодила и волка с длинным морщинистым рылом, оснащенным двойными рядами острых, как бритва, треугольных зубов. Огромные мозаичные глаза горели пустотой, безумной злобой.
— Наблюдайте за вожаками, — предупредил Балавер. — Они могут напасть внезапно.
Не было смысла сдерживать дыхание. Можно было замерзнуть без движения. Корабль продолжал двигаться тихо, среди шелеста сотен пар крыльев, хлопающих по ветру, и скрипа мачт и парусов.
Люк раскрылся. Из него наполовину высунулась Колетта дю Кане.
— Когда наконец что-нибудь произой… — она случайно посмотрела вверх и увидела скопление кружащих демонов. Раздался истерический вопль.
—
Колетта снова завизжала.
Вдруг Септембер закричал:
— Смотрите на зенит! — на земно-английском, поспешно переведенном на транский язык, когда одинокая линия гутторбинов сложила крылья и ринулась на единственную окаменевшую фигуру на палубе.
— Стреляйте, стреляйте! — завопил Гуннар на лучников.
Луки разразились стрелами.
Почти такого же размера, как человек, и в два раза объемнее, один из монстров рухнул на палубу в метре от стана. Он слышал, как сломалась его шея, когда он ударился о перекрытие. Три стрелы засели у него в груди.
