Во время совместных российско-норвежских морских учений на одном из норвежских судов неожиданно пропала связь. На помощь морякам срочно отправилась группа спецназа под командованием майора Брига. Не исключено, что внештатная ситуация спровоцирована американцами, находящимися в зоне маневров. Спецназовцы вступают в схватку с наемниками, устроившими на судне ЧП, и берут в плен одного из них. То, что он рассказал, поразило даже бывалых бойцов. Оказывается, норвежское судно обречено на гибель, и это – только часть крупномасштабной акции против России. В сложившейся обстановке майор Бриг принимает решение во что бы то ни стало переломить ход событий…
© Зверев С.И., 2018
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018
Рифовые скалы остались позади, ледяной рубеж был преодолен. Впереди простиралось плато, а на нем стоял жилой комплекс. Там находились гражданские люди, которые еще не знали о том, что жизнь их висела на волоске. Совсем тонюсеньком, который мог оборваться в любой момент.
Сейчас все зависело от того, насколько быстро и слаженно сработает отряд спецназа. Замешкайся хоть один солдат, пропусти точку отсчета, начни сомневаться – и все, можно хоронить восемьдесят пять ни в чем не повинных душ. Не считая бойцов, разумеется.
Они цепочкой двигались по склону. Маскировочные костюмы не различались на фоне снежного покрова.
Когда до плато оставалось всего пять метров, небо, до этого затянутое густой чернотой полярной ночи, вдруг вспыхнуло. Заработали осветительные установки четырех военных автомобилей «ГАЗ-2330 «Тигр». Эксклюзивные модели, модернизированные с учетом нужд региона. Северного, разумеется. Мощные лампы, пятнадцать штук в три ряда, озарили площадь в восемьсот квадратных метров, как Колонный зал Дома союзов.
Аккуратные домики в два и три этажа были выстроены по линеечке на бетонных и металлических сваях высотой в два с половиной метра. Оцинкованные ангары с крышами в виде полусфер. Фонарные столбы, совершенно бесполезные теперь, когда город освещался извне.
Ни ангары, ни жилой массив не интересовали бойцов спецподразделения. Их целями были Дом культуры, расположенный на центральной площади, и электрическая подстанция, стоявшая в самом конце единственной поселковой улицы, но до них еще требовалось добраться.
Бойцы скользили по снежному насту, сокращали расстояние до поселка. Сто метров, семьдесят, пятьдесят. Скоро они должны были войти в освещенный квадрат. Почему же медлили саперы? Где сигнал? Не успели, облажались?
Командир штурмовой группы собрался выйти на связь со своими людьми, остановить их. Тут рация ожила, пришло сообщение, что путь свободен. Мгновенно погасли все прожектора, а бойцы перешли на бег.
– Восьмой, я Тол, как слышишь? Прием.
– Слышу тебя отлично, Тол. Прием.
– В центральном двенадцать точек. Будь готов, Восьмой. Прием.
– Понял, прослежу. Что с будкой? Прием.
– Ждем пять минут. Удачи, Восьмой.
– И тебе удачи, Тол.
Штурмовая группа дошла до Дома культуры и рассредоточилась.
Командир принялся растолковывать бойцам, что их ждет.
– Двенадцать террористов удерживают восемьдесят пять заложников. Те рассредоточены в трех помещениях, что усложняет задачу. Объект, захваченный бандитами, стоит на сваях, крыльцо разворочено, но это не важно. Мы не собираемся проникать в здание через парадный вход. Окна первого этажа зарешечены, и это хорошо. Забрасываем кошки, закрепляем подъемные канаты, забираемся на крышу. Все три зала штурмуем одновременно. Сигналом послужит отключение электроэнергии. Над этим работает группа Тола, он и даст отмашку.
Кошки полетели вверх, первая группа приготовилась к старту.
Командир обошел периметр, произвел беглый осмотр, где-то на середине чертыхнулся и полетел прочь из-под здания.
– Стоп, бойцы. Отбой! – ворвался в наушники его властный окрик. – Назад!
По периметру, возле угловых свай остались четыре бойца, остальные собрались вокруг командира.
– Что случилось? В чем задержка? – спросил кто-то.
– Хреново работаете, бойцы. В этом и задержка, – проговорил командир и зло сплюнул на снег. – Здание заминировано снаружи. Стекла выбитых вами окон до земли долететь не успеют, как террористы нажмут на кнопку и все здесь взлетит на воздух. Вместе с заложниками.
Бойцы притихли. Мол, ясно же, что это не наша вина. У каждого свои задачи. О взрывчатке пусть люди Тола беспокоятся. Мы должны окна вышибать и боевой состав противника обезвреживать.
– Что теперь? – поинтересовался тот же боец.
– Кто-то из вас должен будет снять взрывчатку, – заявил командир. – У Тола с парнями на месте дел по горло. Трансформатор – лишь первый объект… – Договорить он не успел.
Из-под соседнего здания, которое, как и все дома в этом проклятом месте, взгромоздилось на сваи, выскочили люди в черном. Огнестрельного оружия не было видно, но в темноте никто не мог поручиться за то, что его у них нет.
– Опасность справа! – выкрикнул боец, первым заметивший противника.
– Что за черт! Откуда? Разведка ведь прошла.
Недовольство витало в воздухе, но как бы между прочим. Решать извечные вопросы – кто виноват и что делать – не особо сподручно, когда на тебя несется отряд головорезов-наемников.
– Бойцы, рассредоточиться! – приказал командир, задача которого теперь состояла в том, чтобы взять ситуацию под контроль. – Насимов, ко мне!
– Слушаю, товарищ командир!
Насимов, черноволосый жизнерадостный узбек, служил в спецподразделении всего три месяца. Он еще не успел пообтесаться, но надежды подавал неплохие. Не особо высокий, метр семьдесят пять, в кости узковат, и глаза чересчур добрые, но все это поправимо. Мясо нарастить, злости прибавить, и готово дело. А что до роста, так во многих ситуациях оно даже к лучшему.
