С запада дуй, дуй! Иду.С востока вей, вей! Иду.Солнцем стань день! Иду,Днем… иду… стынь… иду… ночь! Перетопил гон вод даль дней, Похоронил стон плач кладь мук. Я ль перенесу? нет? Боль перегорит в дым. Да! не торопись! Колокола.Мать!.. Похоронил… вой зим в трюм рам.Мать!.. Колокола там бьют там-там.Склон глины – слизь ям.Стон тянет темь в дом.На поклон иду горе положитьВенок у ног. Ты же дала мне жить… Оборони там! Обереги шаг! Благослови мать День мой, Зной мой, Май мой. Иду.Истомилась. Грустью истекла.Сама как осень из стекла.А память – мухаЖужжалка.О детях муха.Рожденных жалко.Много матери дано мук:Глиной оселою массаГорького варева в звонкой корчагеПамяти.Руки ветвей на юру гни:Где-то сквозь драки и гульбы,Хоть в переплеске руганиМать свою, мать помянули бы. Сломалась и моя. Зарылась в поля. Закопанных людей не выращивает земля. Нет людей, которые озимь, И которые яровыми хлебами ожили.И брата – мальченку Олега,Хрустнув костью отцовского горяПереехала революции тяжелая телега,Громыхая по каменным ухабам истории. Пальцы затянуть узлами кулака. В голос злобы острые ости. Кого оплеюхой по щекам оплескать? Кому плевок заляскавшей злости? Ее ли большую, красную от боли, Свернувшую меня баранком в нуль – Россию с кровяной пятеркой на подоле Прокляну-ль?Нет, – рука не хляснет.Язык не отщелкает мать,Потому что проступит ЯснышСквозь промытые ею дома. Поломойкою ерзая по полу, Кумачи изгваздав вдрызг, Сколько смяла циплят и ухлопала Древогрызых шипящих крыс?!Чтобы стало просторно и чистоДля годов, побежавших неистово… Врете! Мать не закопана. Вот она мечется, Волос разлохматив копны, Остря старушечьи локти, Выпустив хваткие когти, Ревя полоумно, – Швыряется на Перекоп она, Вгрызается зубом в Батум она, Изглоданной Русью светится Мать – земля – человечица.А эти, идущие лихо,Берущие города.А это мычавая тихоПоволжская голодань.Сквозь колонны бойцовСквозь обозы калекБрат – Олег. Братья по молоту и топкам, Братья по голоду и сопкам, Здравствуйте! Не в поклоне рабском Ломя поясницу, А с братьями взапуски Туда, – где снится.Строем, сомкнутым строем.Радость в радость ввинтив,Строим, строим, строимАэроплан, локомотив. Есть ли острее дрожи, – С сердца сорвав засов, Бросить себя, как дрожжи, В гуд родных голосов, Имя свое и полымя Руки, сердце, глаза… Братья, идем веселыми Дым на трубы вязать…На бахче Советской РоссииУрожай на сочные головы.Семя людей оросилиЖил разожженные жолобы. Глаз кровоналитый зорок, Рук перегреты мышцы, – Потому – сквозь листанье конторок Посвист вчерашний слышится. Потому – на выбитом дочиста Строить вокзалы хочется, Потому – в сиренах портов Воют пророчества Будущь целующих ртов.Донкихот!Слизью ранТормозишьКолесо!Дымоход.Маховик.Кран.Пылесос.Сталь. Никкель. Медь.Сердцебиенье котлов.Надо уметь.Будет светло. Вырывай! да дабы не просечь Корневища щавеля копытами. В утре травы верещат. В ветре трубы бородаты. В поле полы полоща, На часах берез солдаты.Город-крой-край-крут впереди.Небо сей-синь-сон потолок.А кого в сливы слов нарядить?А кого крюк крик поволок? Город – люди: делюсь на ломти. Город – порох: хропаюсь всколь. Город – мастер: машины громьте! Городу грузь трюм голь.Бабам бетонные юбки,Детям динамо на юлки,Старухам булыжное просо,Новорожденным соски насосов… Лягу-ль гулять глазами По небу в синем азяме, Где наплелась белизна – видеть и знать:Не облака,А облаком;Не страх, что ночью топчется,А страховое общество;И не надсоний транс портних,А союз транспортник;Не небеса, где синь дика,А стальной синдикат.Выверены шаги, а не хлип шуги.Сердце мотор, алая нефть.Что душегуб, если встал душегиб.Разве магнето гнет гнев.В лязге стропил струны ста пил.Топоту молота лезть ли кобыле?Если и был вихорь в степи,Тракторы вихрь храпя забыли. Скальте, заводы, зубы жевать Дерево, мясо, железо, камень! Наша голова в дыме рыжевата. Губы развернуты врозь резаками. И только сия или спятив: Поля… перелески… лень… Пока на шкивы не накатит Ремень Трудач – завтрашний день. И окличь его чиста – Все по местам!
