– Ну, это домыслы, – заметил Ефимцев. – Статистика говорит о другом. А криминальная агентура – естественное наше подспорье. Без этих засранцев, которые стучат на своих, мы будем как слепые. Короче, добром тебя прошу, капитан, оставь в покое нашего информатора. Забудь про него.
– Добром, значит? – переспросил Парфенов. – То есть возможен и жесткий вариант, как я понимаю?
– Очень даже возможен.
– Ну-ка, останови! – потребовал Парфенов. – Дальше сам доберусь. А то у тебя в машине воняет, дышать нечем.
Ефимцев плавно затормозил, прижался к тротуару. Парфенов открыл дверцу, вылез наружу. В последний момент обернулся и мрачно взглянул на водителя.
– Я бы тебе, Ефимцев, поверил, если бы ты ко мне на своих двоих пришел. А у тебя «Ауди» – новенький. На зарплату купил? Или это в механизме у вас сбой случился? Наркотрафик случайно в твой карман затек?
– Ты за базаром-то следи! – угрожающе заметил Ефимцев. – Святоша нашелся! Тебя по-товарищески просят, без шума. Но раз ты по-хорошему не понимаешь, твое дело! Учти, не оставишь в покое информатора, я на тебя рапорт подам.
– Твое право. Счастливого трафика!
Парфенов с шумом захлопнул дверцу и пошел пешком в сторону своего дома. «Ауди» с негодующим фырканьем сорвалась с места и промчалась мимо Парфенова. Он презрительно сплюнул ей вслед.
В сгущающихся сумерках медленно зажигались фонари. В неярком зеленоватом свете ядовито светилась под ногами весенняя грязь. Неожиданно метрах в десяти от подъезда Парфенов заметил притаившуюся за кустами человеческую фигуру, показавшуюся ему знакомой. Было в этой фигуре что-то жалкое и в то же время настораживающее. Капитан еще не успел сообразить, откуда ему знаком этот человек, как ноги уже понесли его вперед, в погоню. Сработал инстинкт. Раз человек прячется, значит, ему есть что скрывать, например наркотики, оружие, краденое, то, вокруг чего все время вертятся мысли Парфенова. А тут еще этот разговор с говнюком Ефимцевым. Никакие нервы не выдержат. И он побежал.
Человек, прятавшийся за кустами, не сразу заметил приближающегося Парфенова, но как только заметил, то шарахнулся в сторону и припустил через двор с прытью записного спортсмена. Парфенов еще удивился про себя тому, как хорошо подготовлен физически этот жалкий тип – кто он там, наркоман, нанятый киллер или просто шпана, разбираться с этим пока не было возможности. Мелькнула мыслишка, а не подстроили ли здесь ему еще одну ловушку? И в этот момент беглец споткнулся, поскользнулся и, нелепо замахав руками, шлепнулся на грязный асфальт. Парфенову очень не хотелось пачкаться, но и стать жертвой по глупости тоже не хотелось. Он мгновенно обрушился сверху на не успевшего опомниться человека, заломил ему руки и защелкнул на запястьях наручники. Затем грубо повернул его к себе лицом и в недоумении открыл рот.
– Мать твою так! Ты, придурок, что здесь делаешь? Чего ты от меня ломанулся? Жить надоело? А если бы я в тебя из «макарова» шмальнул? У меня, знаешь, нервы тоже не стальные. Одежду вон уделал…
Парфенов немедленно достал ключи и снял с Веденеева наручники. Потом помог подняться и в некоторой растерянности наблюдал, как сосед пытается стереть грязь с куртки и брюк. Капитан испытывал неловкость. После той пьяной выходки он специально разузнал, что представляет собой сосед с пятого этажа. Оказалось, что Веденеев – уважаемый, законопослушный человек, ученый, ни с какого боку не имеющий отношения к наркотрафику. И надо же такому случиться, что сегодня он опять пострадал из-за дурости Парфенова.
– Ты извини, – хмуро сказал он Веденееву. – Ну не везет мне с тобой! Все ты под руку попадаешь. А у меня сейчас знаешь какая горячка? Я сейчас в самом деле пальнуть могу. Достали! А ты взял и побежал! Ну чего ты помчался?
Веденеев взглянул на него исподлобья и ничего не ответил, продолжая с отвращением отряхивать брюки.
– Обиделся! – констатировал Парфенов. – Небось думаешь сейчас, вот мент, сука! Отморозком меня считаешь, оборотнем в погонах? А я, честное слово, ничего против тебя не имею и чертовски жалею, что так вышло. Ну, давай так, я бутылку ставлю, и мир, а? Ты как, водку принимаешь?
– Вообще я не пью, – неожиданно сказал Веденеев, распрямляясь. – Не надо ничего ставить. Хотя… – он замялся и недоверчиво проговорил: – А вы что же, не собираетесь меня арестовывать?
– Да нет, конечно! – воскликнул Парфенов. – С какой стати? Я, между прочим, про вас все узнал, и очень сожалею, что тогда, ну, приплел вас к этому подонку. Не следовало мне этого делать. Выпил я тогда. Вы правильно, между прочим, делаете, что не пьете. Мозги от спиртного тупеют. Но с моей профессией без водки нельзя. Напряг чересчур велик, понимаете?
– Нет, правда, вы не хотите меня арестовать? – настойчиво повторил Веденеев.
Парфенов поднял брови и пристально уставился на соседа.
– Я чего-то не пойму, что это вы про арест заладили, – сказал он. – Есть за что? Вы, часом, жену не грохнули? А то с этим делом даже в культурных семьях проблема. Если так, то это беда…
