– Скажи мне еще раз, кто ты, – попросил Нейл.
– Нед, сэр, из Нетерби. Мисс Грэм послала меня к вам, чтобы узнать... Она написала вам письмо, сэр. Примите мои соболезнования по поводу вашей утраты.
– Моей утраты?
– Прошу вас, прочитайте письмо, лорд Торридон. Я... Вы так похожи на своего брата, сэр. Сначала я подумал, что вы Джеймс.
– Да, мы близнецы, – буркнул Нейл, вскрывая письмо. По мере того как он читал его, лицо его все больше вытягивалось от изумления. Наконец он поднял голову и взглянул на Неда: – Кто сказал ей, что Джеймс погиб?
– Мистер Грант. Он видел, как ваш брат упал, сэр, на поле боя.
– Грант? Дэвид Грант?
Нед кивнул.
Выругавшись, Нейл прочитал письмо еще раз и вновь посмотрел на Неда.
– Нед, мой брат жив и здоров. Пойдем со мной.
Он повел его вокруг замка Блэр в поле, где тренировались новобранцы. Солдат было так много, что они заполонили все вокруг, и Нейлу временами приходилось протискиваться сквозь толпу к тому месту, где, по его предположениям, должны были находиться Джеймс и Дункан. Так оно и оказалось. Брат с кузеном стояли рядышком и наблюдали за двумя фехтовальщиками, которые сосредоточенно наносили друг другу удары.
– Джейми! – позвал Нейл и повернулся к Неду: – Видишь?
Пока Джеймс шел к ним, Нед смотрел на него, широко раскрыв глаза и разинув рот, а когда он подошел, перевел изумленный взгляд с одного брата на другого.
– Нед! – радостно воскликнул Джеймс и, ухмыльнувшись, стукнул юношу по плечу. – Значит, ты не смог остаться в стороне? Рад, что ты приехал к нам. – Но в этот момент он заметил, каким взглядом смотрит на него Нед, и сразу стал серьезным. – Как дела в Нетерби? Все в порядке? Как Эллин? Она уже слышала про Данди?
– Да, сэр, – ответил Нед. – Она и вас считает погибшим.
Джеймс дал Неду несколько зарядов пороха и нагрудный патронташ. Путешествовать по Шотландии было сейчас довольно опасно, и он хотел как следует подготовиться, чтобы ничто не застало их врасплох. Они должны были уехать тот час же. Нейл отправился к Кеннону предупредить, что его не будет несколько дней, а Дункан помогал им собираться в дорогу. Пока светло, нужно уехать как можно дальше. Они отправлялись в путь вчетвером. Сначала Джеймс хотел ехать только с Недом, однако Нейл с Дунканом отказались отпускать их одних.
Джеймс несколько раз перечитал письмо Эллин, потом сложил его и сунул за пазуху, поближе к сердцу. Она написала Нейлу, что будет любить его брата до самой своей смерти, всю жизнь.
«Я еду, Эллин, – мысленно обратился к ней Джеймс. – Я еду к тебе».
Наконец наступило утро, и свет начал медленно проникать в комнату сквозь кружевную занавеску, висевшую на окне. Эллин лежала на узкой и очень твердой койке в комнате, расположенной на втором этаже, прямо под наклонной крышей. Сквозь занавеску виднелась верхушка рябины. Значит, она находится именно там, где и предполагала, – в маленькой комнате верхнего этажа, в которой любила играть в детстве.
Она вновь попыталась пошевелить руками и ногами, и когда ей это не удалось, едва не закричала от ужаса. Впрочем, она понимала, что это ничего не даст: ни единого звука не просочится сквозь кляп во рту, а если бы даже и просочился, никто ее не услышит, ведь, кроме нее, в доме Би никого нет.
Час проходил за часом, небо за окном сначала посветлело, потом потемнело, и все это время Эллин провела в полудреме. Внезапно на лестнице прогромыхали шаги, и она испуганно вздрогнула. Эллин очень боялась их услышать, теперь ей стало страшно. Пока она пыталась взять себя в руки и не показывать своему мучителю, как сильно она его боится, в двери щелкнул замок, и она распахнулась. На пороге стоял Фрейзер с бутылкой в руке. Прислонившись к косяку, он улыбнулся Эллин и, постояв так несколько минут, направился к ней.
– Ну, как твои дела? – спросил он, склонившись над ней, и, взяв ее за подбородок, повернул ее голову сначала в одну сторону, потом в другую. – Ба, да ты вся опухла! И зачем ты только вынудила меня это сделать, Эллин?
Фрейзер произнес ее имя не спеша, словно пробуя его на вкус, и это испугало Эллин сильнее, чем если бы он ее бил. Нащупав у нее на затылке узел тряпки, с помощью которой кляп удерживался на месте, Фрейзер развязал его, и Эллин поспешно вытолкнула вонючий кляп изо рта. Ей ужасно хотелось послать Фрейзера ко всем чертям, но она не смогла произнести ни слова: язык отказывался ей подчиняться.
– Что, жажда мучит? – насмешливо спросил Фрейзер и, когда Эллин не ответила, весело рассмеялся.
Он поднес бутылку к ее губам, и она принялась жадно пить, не обращая внимания на то, что вода льется у нее по шее и попадает на грудь. Отняв бутылку, Фрейзер заткнул ее пробкой. Лицо его не выражало никаких эмоций.
Совершенно спокойно он схватил Эллин за волосы и выхватил из-за пояса нож. Эллин похолодела: неужели эти насмешливые наглые глаза – последнее, что ей суждено увидеть на этом свете?
Хмыкнув, Фрейзер отрезал прядь ее волос и зашагал к двери.
– Я скоро вернусь, – сказал он на ходу. – Никуда не уходи.
– Фрейзер! – прохрипела Эллин ему вдогонку.
Он обернулся.
– Зачем ты это делаешь? Зачем?
