— К счастью, мы все учимся в одном классе, — без выражения говорит Пол, когда мы втроем идем по дорожке к зданию, где находится класс Крейна. Сказать, что это было трудное путешествие, было бы преуменьшением. Я знаю, что Полу известна связь между нами с Крейном, но сейчас он, наверное, задается вопросом о степени моей дружбы с Бромом. Ох, если бы он только знал правду.
Глава 14
Бром
Одиннадцать лет назад
— Где ты хочешь жить, когда мы поженимся? — спрашиваю я Кэт.
Мы сидим на бревне под мостом через Холлоу-Крик и играем в тролля и принцессу, в игру, которая кажется мне слишком глупой, ведь мне только что исполнилось двенадцать, и отец говорит, что я должен начать вести себя как мужчина, но Кэт была настойчива. Как обычно. Мы всегда делаем все, как она скажет.
— Думаю, у меня дома, — говорит она, длинные светлые волосы падают ей на плечи, напоминая шелк, который поднимается с кукурузы во время сбора урожая. — Мой дом больше, — весело добавляет она, бросая камень в ручей.
— Нет, — говорю я ей, подбирая камень побольше и бросая его в стремительный поток. — Я имею в виду, в каком городе? Куда ты хочешь поехать?
Она озадаченно смотрит на меня.
— Зачем нам уезжать? Мои родители живут здесь.
— Мои тоже, — замечаю я, но больше ничего не говорю.
Она просто кивает мне, потому что знает. Она погружается в глубокую задумчивость, при этом поджимая губы.
— Я хотела бы остаться в Сонной Лощине, — в конце концов говорит она. — Мне здесь нравится.
— Ты никогда не была в другом месте.
— Ты тоже, — говорит она, тыча меня в плечо.
— Но я читал о других местах в книгах, — говорю я. — А еще однажды плавал на речном пароходе и был в Тэрритауне.
— В Тэрритауне бывали все, — говорит она, закатывая глаза. — Я не хочу переезжать туда.
— Тогда выбирай место. Любое. Как насчет Лондона? Мне нравится Англия. И какой будет дом? Ты хочешь лошадей?
— Конечно, я хочу лошадей, — взволнованно говорит она. — Я хочу лошадей, и коз, и кур, и свиней, и коров. Во всеми подружусь. Тоже стану мамой, и у нас будет много детей, которые будут бегать вокруг. Будет весело.
— Что ж, я куплю тебе самую красивую карету, в которой ты сможешь кататься, — говорю я. — И все дамы будут смотреть на тебя с завистью. Они будут восхищаться и говорить:
— Звучит здорово, — застенчиво говорит она. Затем становится серьезной, надув губки. — Ты обещаешь заботиться обо мне?
— Конечно, я позабочусь о тебе, — умоляюще говорю. — Я буду твоим мужем. Так поступают мужья. Они заботятся о своих женах.
— А ты будешь защищать меня?
Я обнимаю ее и прижимаю к себе, вдыхая запах луговых цветов в ее волосах.
— Я всегда буду защищать тебя, Кэт.
Она кладет голову мне на плечо, и я чувствую, что таю изнутри.
— Потому что папа однажды сказал, что он не всегда будет рядом, чтобы защитить меня, — тихо говорит она. — И мамы тоже не будет.
При упоминании о ее матери я чувствую, как она мрачнеет, словно туча скрывает солнце. Мне никогда не нравилась ее мать, я никогда не доверял ей. Она — одна из причин, по которой я хочу забрать Кэт из Сонной Лощины, хотя и не понимаю почему.
— Я сказала папе, что ты защитишь меня, — добавляет она, и голос ее звучит грусть.
Я сглатываю.
— Он согласился?
Она кивает.
— Я буду защищать тебя, Нарци, — говорю я ей. — Буду оберегать тебя.
Хотя я сам никогда не чувствовал себя в безопасности.
Она поднимает голову, смотрит на меня и широко улыбается.
— Правда?
— Правда.
Я ничего не могу с собой поделать.
Наклоняюсь и прижимаюсь к ее губам.
Я целую ее.
Это странно, и она застывает, и я не уверен, должен ли делать что-то еще, но никогда мне не было так приятно.
Но мне это нравится и пугает одновременно.
С моим телом происходят странные вещи. У меня кружится голова. Кажется, что меня сейчас стошнит, но в хорошем смысле этого слова.
Внезапный грохот кареты по мосту отрывает нас друг от друга, и я тяжело дышу, широко раскрыв глаза, мои губы покалывает.
Но Кэт совсем не выглядит удивленной. Она просто улыбается мне и отводит взгляд, берет другой камень, лежащий рядом с ней, и бросает его в ручей, как будто ничего не произошло.
Как так? У меня такое чувство, что весь мир перевернулся с ног на голову.
Я встаю на ноги, спотыкаясь, спускаюсь к ручью и быстро присаживаюсь на корточки, чтобы плеснуть в лицо холодной чистой водой и попытаться снова почувствовать себя нормальным. Мой первый поцелуй. Я поцеловал Кэт, и мне кажется, что уже никогда ничего не будет как прежде. Я уже не буду прежним.
Бросаю на нее взгляд через плечо, а она сидит, аккуратно подобрав юбку, с камешком в руке и с любопытством смотрит на меня.
— Мне пора домой, — говорю я ей, мое сердце сильно бьется. — Родители сказали, что я должен возвращаться домой сразу после школы.
— Зачем ты лжешь? — спрашивает она, поднимаясь на ноги и направляясь ко мне. — Твои родители никогда раньше такого не говорили.
