Глаз Ульфа дергаться перестал, но выражения лица тот не сменил, продолжая глядеть на меня немного выпученными глазами.
— От элементаля мне досталась не только руда, но еще и сердце стихии. Слышал про такое?
— Слышал.
Лаконично согласился со мной учитель, приняв более-менее нормальный вид.
— Локки хотел обманом забрать у меня сердце. Мне это не совсем понравилось.
— И?
Кивнул бородач, показывая, что ждет продолжения.
— В итоге я взбеленился и выстрелил в него из лука. Локки увернулся, но, — я показал на стол, где лежали волосы, — оставил после этого мне небольшой презент.
Ульф задумчиво погладил бороду:
— Хм, это может быть очень даже не плохо. А что с сердцем стихии?
— Я его усвоил.
Вроде бы уже успокоившийся кузнец вновь выпучил глаза и как-то глуповато переспросил:
— Что-что ты сделал?
— Я его усвоил.
Ульф секунд пятнадцать смотрел на меня немигающим взглядом и, кажется, даже не дышал. Потом как-то неловко вздохнул и протер лицо ладонями:
— Ты понимаешь, что сердца стихий предназначаются богам? Как ты вообще смог его усвоить? Считалось, что это не может вытерпеть ни один человек и ни один призванный.
У меня по загривку прошел холодок от воспоминания, через что мне пришлось пройти, когда я усваивал сердце стихии. Сколько раз сквозь животные крики я желал извращенных половых связей всем разработчикам, а сгоряча и всем их родственникам в придачу. Особенно в самом начале, когда навык игнорирования боли был на нуле. Переведя помрачневший взгляд на учителя, я пробасил внезапно охрипшим голосом:
— Я и сам не знаю. Но смог. Меня моя упёртость когда-нибудь убьет, наверное.
Ульф побарабанил пальцами по столу и с задумчивым видом тихо, словно сам себе, проговорил:
— Ну да, убьет… либо поможет усвоить силу стихии…
— Кстати, ты говорил, что это может быть очень даже не плохо. Что ты имел в виду?
Ульф посидел еще немного времени смотря на ничем непримечательную точку на столе, но в конце концов встрепенулся и перевел взгляд на меня:
— Что?
— Говорю, ты упомянул, что это может быть очень даже не плохо. Ты о чем?
— А-а, у бога кузнечного дела с Локки вражда. Наверное, нам пора сходить до алтаря Сефлакса.
— А раньше чего не ходили, если это бог кузнечного дела?
— А толку?
Кузнец посмотрел на меня издевательским взглядом, медленно растягивая улыбку и молча. Видимо, мстя за мое схожее поведение только что. Какой злопамятный, однако. И лишь выдержав театральную паузу, продолжил:
— Раньше толку вести тебя до алтаря не было. Ты, конечно, мог оставить подношения. И да, в будущем это зачлось бы. Но это всё капли в море. Вряд ли бы ты понес на алтарь свой легендарный меч. А без этого бог на тебя внимания не обратил бы. Скажу по секрету, — Ульф заговорщицки наклонил ко мне голову, — бог не снизойдет до тебя, если твое мастерство не на сотне. А засвидетельствовать служение богу можно лишь тогда, когда бог до тебя снизошел. Ну так вот, я взову, а ты поговоришь с ним о Локки. В зависимости от того, как пройдет ваш разговор, возможно и мне репутация перепадет.
Ульф откинулся обратно на кресло.
— А что дает служение богу?
— Многое. Например, ускоряет плавку металла или увеличивает шанс отыскать редкую руду. Чем лучше твои отношения с богом, тем больше тебе дается. Репутацию с богом можно улучшать, выполняя его поручения либо совершая подношения на алтаре. Собственноручно скованные вещи или самим найденная руда всегда дает больше.
— А какая репутация с Сефлаксом у тебя?
— Не хватает пары сотен до уважения.
— Много чего дает?
— Не мало, — Ульф усмехнулся, — когда я взову к богу, он точно явится. Даже если у тебя сотня кузнечного дела или добычи руды, ты можешь обращаться к богу десятки раз до того, как он снизойдет. Воззвать можно лишь раз в сутки, так что, чтобы начать служение, некоторым приходится потратить на это несколько недель.
— Ясно. Когда отправляемся?
— Прямо сейчас.
Ульф резко встал с кресла и кивнул мне на выход из своего кабинета.
— Только сначала забери руду и, главное, волосы не забудь. Тут чужих не бывает, но все же. Потом спрячешь или в банке или я в схороню.
***
Пришлось пройти всю деревню насквозь, чтобы добраться до алтаря в церкви, или, скорее, соборе. Широкое каменное здание из серого гранита скрывало под своими сводами алтари всех светлых и серых богов. По обе стороны от широкого, вымощенного мозаикой, центрального прохода располагались комнаты алтари. Пройдя мимо дверей в алтарь Локки, я внутренне передернулся. Под потолком, прямо из стены, выглядывала небольшая статуя переплетенных зайца и змеи, с повернутыми друг к другу мордами, в профиль к прихожанам. Видимые правый глаз зайца и левый глаз змеи ярко горели красным, создавая впечатление, что кто-то смотрит двумя глазами прямо на тебя. Очень неприятное ощущение, заставившее меня немного ускорить шаг. Как будто сам Локки смотрел из тех глаз на меня.
