— Я не верю, что он излечит меня. Я давно потерял… — я проглотил слова вместе с комом, вставшим в горле. Дёрнул желваками. Мне было больно, что старая, давняя вражда отняла у меня самое дорогое. Я был слабым, не был виноват в том, что не смог справится с тремя мужчинами, больше меня вдвое.
Будь проклят дядька Ингольв.
В глазах кольнуло. Я зажмурился и вздохнул. Нет, я не плакал. Я не умел плакать, забыл, как это, но очень бы хотел разрыдаться от души. Китти, словно ощутив, насколько я потерян, схватила мою руку и переплела наши пальцы.
— А ты поверь, мой лев, — прошептала она. Поцеловала дракона на моей груди. — Поверь, и всё получится. Поверь ради меня. Я очень хочу родить тебе сына, а потом ещё четверых сыновей.
Меня тронули её слова. Не могу поверить, что это прекрасное создание — моя жена. Моя. Неужели я правда ей нужен?.. Я обхватил её, притягивая ближе и поцеловал в лоб. Ощутил её нежные пальцы на своей бороде.
— Спасибо, Китти, — хрипло проговорил я. — Ты не представляешь, как много для меня значат твои слова.
И твоё присутствие около меня.
В монастыре мы пробыли сутки. Феодор провёл какие-то свои обряды: облил нас водой, назвав её «святой», и читал над нами заговоры. Я стоял в каменном храме и подозрительно косился на старика. Тот всё ходил кругами, болтал и болтал заговоры. И чем отличается всё это от колдовства ведьмы Валборг?
Катерина, напялив платок на голову, как требовал обычай востока, стояла около меня и смотрела по сторонам. На стенах висели рисунки на дощечках. Там были боги, крылатые люди с золотыми венцами вокруг головы. Напротив нас, на стене, висел крест с распятым богом. Мурашки бегали по спине. Мне было тут плохо, слишком душно, а от запаха свечей воротило.
— Хвала богам, всё это кончилось! — воскликнул я, когда мы вышли на свежий воздух. Катерина шикнула на меня и прижала пальчик к губам. Я вскинул брови.
— Тише, мы на земле чужого бога, — сказала она. — Не гневи его, а то не поможет.
Мы распрощались с игуменом Феодором и поехали в лагерь кочевников. Пора начинать готовиться к поединку. Я собрал своих людей в шатре и поднялся с кресла, чтобы меня было хорошо видно и слышно. Катерина сидела в углу, занятая вязанием. Никто уже не указывал мне, что женщинам нечего делать на военных советах. Признаться, мне самому было спокойнее, когда она здесь. И при княгине воеводы вели себя примерно, даже не сквернословили.
— Итак, друзья, — заговорил я, расправив плечи. — Думаю, Йорген уже рассказал, о чём мы договорились с императором востока?
Воеводы закивали. Сидели передо мной, освещаемые рыжим светом масляных ламп. Варди Красавчик дымил трубкой, раскуривая траву. Воевода Вермунд потягивал эль. Бернар Волк Юга потирал старую спину. Холодный Рассог хмурился. Йорген казался усталым.
— Я говорил с всем нам известным магистром Марком, — продолжил я и прошёлся перед своими людьми. — И он поведал мне прекрасную новость, что половина советников императора готова помочь мне людьми и запасами еды. Ну и оказаться в нужное время в нужном месте с ключами от городских ворот.
— Ого, какая щедрость! — хмыкнул северянин Варди, выдохнув дым. — И что они хотят взамен?
— Самую малость: чтобы я убил их ненаглядного императора и дал им посадить на трон его сына. Что станем делать?
Воеводы стали чесать бороды. Я опустился на стул и плеснул эля. Проклятое сладкое вино мне опостылело. Бабский напиток. Я выпил и ощутил на себе взгляд Китти. Ох, киска, не жги меня глазками. Я уже принял решение, просто хочу показать этим бестолочам, будто они тут что-то решают.
— Мне кажется, нам не стоит доверять крысам императора, — сказал князь Бернар. — Я поддерживаю затею с поединком. По правде, мне уже надоела эта бесконечная война. В Сёдраланде мне тоже есть, чем заняться.
Я кивнул, принимая его слова к сведению. Оглядел лица других.
— А что если мы не выиграем? Чем я заплачу своим парням? — спросил Варди.
— Я в любом случае собираюсь требовать с императора откуп золотом, рабами, чего захотите, — пожал плечами я. Варди одобрительно улыбнулся. — Ну а если мы проиграем поединок, город ваш. Разнесёте его, если пожелаете. Я не стану вам препятствовать.
По правде, я и не смогу…
— Хорошо, князь, — отозвался Йорген. — Так кого ты поставишь?
Я поднялся и прочистил горло. Выдержал молчание, нагнетая обстановку. Китти буравила меня глазами из угла. Я поднял голову и чётко проговорил:
— Я сам буду сражаться.
Мой муж был сумасшедшим, я знала, и теперь убедилась в этом в сотый раз.
— Ты с ума сошёл! — воскликнула я. Плевать хотела, что мы не одни, и воеводы присутствуют на нашей ссоре.
— Тихо, Китти, я уже решил, — отмахнулся Зиг и спокойно выпил эля, будто ничего страшного не происходит.
— Почему бы тебе не выставить кого-то другого? А если ты проиграешь? — заговорил взволнованный Йорген. — Ты мог бы вернуться и…
— Заткнись! — рявкнул Зиг. Все притихли и взволнованно смотрели на него. Князь буравил их глазами в ответ. — Я не проиграю. Да и империя — это в моих интересах, я сам готов сразиться за неё.
— Зигрид…