Сердце было готово вырваться из груди, кровь шумела в ушах. Но что-то не переставало меня смущать. Почему её не удивил ни один мой вопрос?
– Кто ты? – спросила я.
– Я – Селена. Вернее – её тусклое отражение, которое сберегли мои дети, чтобы я продолжала вести с ними разговор.
Сердце замерло.
– Слово в слово, – произнёс Дзарн, приближаясь и останавливаясь у меня за спиной.
Селена не была живой.
Чувствуя внезапную дрожь в ногах, я опустилась на каменный пол и прислонилась к источнику спиной. Я смотрела перед собой.
– Кто её построил? – озвучила я риторический вопрос.
– Ты сама сказала – Орден Луны, – Дзарн нахмурился и присел на корточки рядом со мной.
– Но по её словам «дети Луны» были призваны защищать магов… Да даже не это поражает меня, – я взглянула Дзарну в глаза, – порталы, «дух» запечатанный в воде на века… В Академии магии не знают таких заклятий.
Я помешкала, размышляя.
– Или, по крайней мере, не хотят помнить о них.
Я смотрела на Дзарна и чувствовала, что он не осознает всей важности того, что нашёл. Ему было всё равно. Я замолкла, решив, что тогда не стоит и продолжать объяснять: знания во много крат большие, чем мы могли хотя бы представить себе, вполне возможно, находятся в памяти этой «богини». А кроме того… Она говорила, что из этого лабиринта порталов можно попасть на любой материк. Я могла не убивать Радагара, а просто сбежать от него.
Или, напротив, ещё раз попытаться выяснить, как справиться с ним…
– Селена, почему проход в Кахиллу открывается именно в этот подвал?
– Не понимаю вопрос.
Я перегнулась через плечо, пытаясь разглядеть выражение её лица, но оно, конечно же, не выражало ничего.
– Что определило расположение врат, которые ты показала мне?
– Скопление чёрного камня, – легко признала она.
Я инстинктивно нащупала под одеждой обломки кристаллов.
– Что ещё даёт чёрный камень?
– Не понимаю…
– Он может, скажем, открыть портал?
– Чёрный камень притягивает к себе энергию врат.
Я потёрла кончиками пальцев виски. Очевидно, в том и была задумка Радагара. Он хотел открыть врата… куда? И зачем тогда ему власть? Почему было попросту не попросить меня?
Чем больше я думала об этом, тем более приходила к выводу, что шестисотлетнего демона мне не понять.
– Чего же он хочет? – невольно пробормотала я вслух, но Дзарн не откликался на мои слова, зато Селена ответила:
– Не понимаю вопрос.
Я вскинулась.
– Селена, тебе говорят что-либо имена Радагар и Эйлин?
На секунду она замолкла, как будто пыталась вспомнить.
– Да, – ответила наконец.
– Расскажи о том, кто это.
– Радагар – последний из выживших бессмертных, населявших истинный мир. Эйлин – Основательница Ордена Луны. Радагар был влюблён…
– Что значит – «последний из выживших»? – перебила я её.
– Срединный мир погиб. Радагар принёс его в жертву своей безумной любви. Так гласит летопись Вечности.
Я не сдержалась и коротко вскрикнула.
– Что стало с Эйлин потом?
– Лишённая связи с сутью мира, питавшей её, она умерла.
– А с Радагаром?
– Радагар был обречён вечно скитаться между миров. Он ненавидит людей за то, что те не принимают его – но таков закон миров. Радагар не может вернуться в мир никогда.
Я переваривала информацию.
– Он демон? – спросила я после долгой паузы.
– Демон – новое слово, придуманное для того, чтобы обозначать духов созданий, за прегрешения изгнанных за пределы миров. Если следовать определению, Радагар – демон.
– И его можно изгнать, назвав истинное имя?
Селена молчала.
– Какого его имя, Селена?
– Ворон, – сказала она.
Я испустила вздох. Больше я не соображала, какие вопросы можно задать. Сидела, без слов уставившись в никуда. Вот я знаю его имя, вот я нашла проход в его дом… Что теперь? Неужели я правда попытаюсь его изгнать?
Не могу определить, сколько времени прошло, когда рука Дзарна коснулась моего плеча.
– Идём, – позвал он тихо, – пора возвращаться домой.
Я обратила к нему невидящий взгляд, затем медленно кивнула. Нужно было обдумать всё, что произошло.
Выбрав нужный портал, мы прошли через него, затем ещё через один, и, оказавшись в первой пещере, стали подниматься по коридору наверх.
Лошади по-прежнему стояли у входа, и Дзарн помог мне забраться в седло. Видя, что я пребываю в глубокой задумчивости, он отобрал у меня поводья и дальше повёл мою лошадь в поводу.
Тем более путанными стали мои размышления о том, что делать теперь.
Смогут ли Сайсы защитить меня от существа, разрушившего целый мир? Я сильно подозревала, что нет. Пусть на какое-то время меня укроет их лес, но рано или поздно за мной придут.
Я посмотрела на Дзарна и по-новому попыталась оценить перспективу стать его женой. Выйти из игры, которую затеял Радагар, и жить в лесной тиши, но до конца дней не нуждаться ни в чём.
Вспомнилось, как Радагар спрашивал меня, кем я хочу стать. В тот момент никакая власть уже не интересовала меня – до меня дошло, что впуталась в игру, которую не потяну.
