Она невольно всхлипнула и от обиды, и от боли. Капельки слез упали с ресниц на щеки. Алекс трепетно коснулся губами красного пятнышка на ее пальце и от наслаждения таким простым движением закрыл глаза. София стыдливо смахнула влагу со щек и заморгала, наблюдая за лицом мужчины, ощущая, как от его горячих губ в ее тело вливается сладкое томление, внутри все дрожит. Непроизвольно ее губы разомкнулись, дыхание стало поверхностным, и она замерла от такой пьянящей близости, боясь нарушить магию мгновения.
– Не плачь,– трогательно прошептал Алекс, открыв глаза и увидев близко-близко ее мокрые ресницы.
– Я не плачу,– прошептала она, не понимая, что с ее голосом,– они сами льются…
– Только не убегай… Я хочу кое-что сказать…
– Да?..
Оба продолжали говорить шепотом, шум волн и ветер, играющий ветвями близстоящих деревьев, заглушали их, но они понимали друг друга и без слов.
– Я не представляю себя без твоих глаз, улыбки, запаха волос, твоего голоса… Ты сама не знаешь, какую имеешь власть надо мной. Я сдаюсь тебе… Скажи, что ты хочешь от меня? Проси все что угодно, только не будь так жестока…
– Ты же не джин, чтобы просить тебя о чем угодно,– ответила София, глядя ему в лицо, но не в глаза.
– Я готов стать им…– выдохнул он.
– Это совсем не обязательно…
– Почему ты боишься смотреть в глаза?– склонив голову ниже, спросил он.
– Ты сам знаешь ответ… Я боюсь тебя…
– Боишься?! Что же я такого сделал тебе?
– Ты – ничего. Другие постарались… А я не смогла забыть… И сама от этого не в восторге…
Ахматов некоторое время молча наблюдал, как София свободной рукой треплет край своей майки и, наконец, горячо произнес:
– Я безумно боюсь тебя потерять!
У Софии задрожала каждая жилка. Она закрыла глаза, сжала губы, боясь сказать лишнее. Но ей ничего не нужно было говорить: дыхание, дрожание губ, румянец, маленькая дрожащая жилка на шее… Он прижал ее ладонь к своей обнаженной груди, склонился и ласково, тоскливо потерся лбом о ее лоб.
– Ты не представляешь, как дорога мне…– вожделенно прошептал Алекс.
София боялась лишний раз вздохнуть, чтобы не испортить волнующий момент и не отшатнуться от бури в груди. Алекс стоял так близко, она чувствовала его теплое дыхание на своих губах. Еще бы несколько сантиметров, и он коснулся бы ее губ. И если бы Алекс проявил настойчивость, она не раздумывая приникла бы к его губам и страстно обняла бы его. Но он медлил.
Она слегка отклонилась и открыла глаза. Взгляд упал прямо на его губы, но София стояла как вкопанная, не смея выдать и намека на свое желание. А он впервые в жизни не осмеливался нарушить невинность мгновения.
– Давай вернемся на яхту?– еле слышно проговорила она, отстраняясь.
Губы Ахматова дрогнули от не исполненного желания, и он молча кивнул.
София сразу же отвернулась, глубоко вдохнула, словно давно не дышала, и быстро начала собирать остатки продуктов и посуду в сумку. Алекс, чтобы разрядить напряжение в мышцах от возбуждения и разыгравшихся чувств, ушел подготавливать акваланги к возвращению на яхту.
Собираясь, они бросали друга на друга пылкие взгляды, когда кто-то один отворачивался к своему делу. Она тяжело дышала в предчувствии скорого осуществления тайного замысла и мучилась, оттого что не могла представить, как сделает это. Он был взволнован и расстроен, думая, что она снова закрылась, и старался не показать своих чувств.
Возвращение на яхту было таким же безмолвным, как и глубина. Оба скрывали глаза, глядя только перед собой. Оглушающая подводная тишина позволила Софии привести чувства в порядок и остыть от сомнений и поспешных выводов. Она твердо была уверена, что этот еще не закончившийся день – ее последний шанс для свершения тайных желаний. И с каждой секундой приближения к яхте ее уверенность возрастала.
Алекс всплыл первым и помог девушке снять акваланг, чтобы можно было свободно подняться на палубу. Неуклюжими шагами в ластах она поднялась по скользким перекладинам и вскарабкалась на нижний мостик. Мышцы непривычно ныли от усиленных движений под водой. София присела на палубу и устало начала стягивать с ног ласты. Алекс проявил привычную, но всегда трогательную заботу и помог ей разобраться с тугими застежками. Его руки так бережно касались ее щиколоток, это с новой силой воспламенило в ней желание прильнуть к нему. Но София, сама не зная, почему, останавливала себя и корила, что снова упускает момент. Когда она освободилась от всего снаряжения, покачиваясь, встала на ноги и вздохнула.
– Было здорово! Наверное, завтра я не надену шпильки…
Алекс беззвучно засмеялся, опустился на палубу и замер, любуясь девушкой. На лице Софии тоже скользнула мягкая улыбка, и она продолжила:
– Может, сделать освежающий коктейль?
– Киви, гуарана, банан и лимон?
– Смеешься?
– Нет. Мне понравилось,– серьезно признался Алекс.
– Ну ладно,– с улыбкой согласилась София и свернула к кухне.
– А я пока приму душ,– проговорил себе под нос Алекс и поднялся на ноги.
