Заехав после работы домой, он переоделся в простой теплый свитер и строгие брюки и вызвал специальное такси. С собой у него был маленький кожаный кейс и «чистый» мобильный телефон. Он сел в такси и выехал почти на окраину Хьюстона.
– У тебя все готово?– спросил Алекс агента за рулем.
– Да, все, как ты просил. Документы и билеты в бардачке.
– Человек уже там?
– Да. Не волнуйся.
Ахматов вынул из бардачка пакет с документами, тщательно проверил каждый и аккуратно сложил в кейс.
Начинался мелкий дождь. Алекс смотрел на ветровое стекло и сосредоточенно обдумывал последние шаги. Его не раздирали сомнения, но то, что он собирался сделать, напрягало его, и внутренности поочередно обдавало то холодом, то жаром.
Через полтора часа такси остановилось у неприметного высотного дома. Ахматов вышел из машины, непринужденно огляделся, взял кейс и вошел в дом.
На четвертом этаже он постучал в дверь квартиры, и ее тут же отворили. Алекс строгим оценивающим взглядом окинул открывшего ему дверь мужчину и, одобрительно кивнув, подал ему кейс:
– Все здесь. Там же «чистый» мобильный. Позвонишь сразу, как прибудете на место.
– Хорошо, сэр,– по-военному отчеканил мужчина и отошел в другую комнату.
Ахматов постоял с минуту, будто набираясь решимости, и с бесстрастным лицом подошел к запертой комнате, повернул ключ и открыл дверь.
Из угла темного пустого помещения на него испуганно глядели зеленые глаза. Глаза, потерявшие блеск и прежнее очарование. Алекс захлопнул за собой дверь, пересек комнату и, закинув руки за спину, встал перед женщиной.
Жанна замерла в ожидании приговора.
– Поднимайся,– жестко приказал он.
Она медленно разогнула ноги, уперлась руками в пол и тяжело встала. Ее лицо было худым, бледным, без косметики, под глазами виднелись темные круги, губы пересохли и потрескались, волосы не уложены и засалены. Но все равно ее тонкие красивые черты были неподвластны временному недомоганию и дискомфорту.
Алекс смерил женщину ледяным взглядом и твердым тоном объявил:
– Я не прощаю тебя! И никогда не прощу… Более того, я буду презирать тебя. Но… я принял непростое решение. Я помню, какой принес тебя в клинику Эль-Пасо, я помню твой взгляд и твой страх… и я дарю тебе жизнь.
– Жизнь!– осипшим голосом повторила Жанна и смятенно отклонилась назад, ударившись спиной о стену.
Тяжелый взгляд Ахматова словно приковал ее к стене, мышцы лица и тела одеревенели.
– Это только жалость! Но вот, что тебя ждет… Сейчас назовешь мне страну, в которой ты поселишься. У тебя будут новые документы, новая личность, профессия, чтобы ты могла зарабатывать на жизнь. Знай, что твое имя, фотография, личные данные будут внесены в базу данных запрета выезда из этой страны… Ты не сможешь сменить документы, не сможешь распоряжаться недвижимостью и банковскими счетами. Все твои прежние счета будут арестованы. На все у тебя будет жесткий лимит. Ты больше не сможешь выехать из этой страны ни в США, ни в какую-либо другую страну. И поверь мне: СЭБ тебя не спасет.
Жанна шокировано прикрыла дрожащие губы ладонью, и на ее глазах появились слезы.
– Ты… заточишь меня?– дрожащим голосом выговорила она и, не сумев удержаться на ногах, сползла вниз по стене на колени.
Ахматов сделал короткий шаг назад. Его взгляд был холоден и неприступен.
– Ты даришь мне заточение?– прошептала Жанна.– Ты безжалостен!
– Я само великодушие!– пренебрежительно усмехнулся он.
– Ты не выдашь меня спецслужбам? Разве они не знают обо мне все?
– Это не твоя забота. И лучше молчи, пока я не передумал!
Жанна нервно икнула и крепко сжала губы. Ее испуганные глаза смотрели на него и ждали пощады.
– Приводи себя в порядок. Ты уезжаешь через тридцать минут.
– Я могу позвонить одному человеку?
– Кажется, ты не понимаешь, что здесь для тебя все закрыто?– нетерпеливо отрезал Ахматов.
– Я хочу попрощаться с другом…
Алекс хладнокровно усмехнулся:
– У тебя еще остались друзья?!
– Да, прости… я и так много от тебя уже получила,– задрожала Жанна всем телом и пригнулась к полу.
– У тебя уже двадцать пять минут,– предупредил Алекс и шагнул в сторону двери.– Какая страна, Жанна?
Фурье пришла в чувства, глубоко вздохнула и произнесла:
– Пусть это будет теплая страна… Австралия…
– Отлично. У твоего сопровождающего авиабилеты с открытым местом назначения, его впишут в аэропорту. Сопровождающий – профессиональный чистильщик, поэтому не трать время на мысли о побеге. Он доставит тебя в Австралию и передаст все документы. За тобой будет вестись наблюдение. Если ты допустишь хотя бы одну ошибку и вернешься к прошлому, тебя не убьют, но ты горько пожалеешь, что не воспользовалась вторым шансом…
– Второй шанс!– с тайной надеждой произнесла Жанна и зажмурилась.
Ахматов оглянулся, и в его взгляде на долю секунды появились жалость и смятение, но через мгновение он стал непроницаем и несокрушим.
– Прощай!– сурово бросил он и исчез за дверью.
***
