В древнем мире правят древние и жестокие Боги. На востоке в Японии рождается Великий Воин – Кенсэй из клана Мусаси. Судьба забросит его в Северные мир- мир Викингов. Там Кенсэй бросит вызов Всеотцу Одину. Рыжий Эрик найдёт меч власти Эльсинор и в земле норманнов построит Великий Город. Его потомок Сэр Гавейн бросит вызов Зелёному Рыцарю и обретёт в награду Топор Тора. Это первая часть трилогии о создании мира, борьбы света и тьмы, героях ставших легендами и мифах, которые окажутся исторической правдой
Эту историю мне рассказал старый, зеленый дуб. Было лето, и я гулял по холмам Уэльса, наслаждаясь прохладой, воздухом и пейзажем. Череда холмов на Востоке упиралась в зеленый и по-видимому, очень древний лес, а на Севере холмы упирались в облака, которые застыли на фоне синего неба, словно стадо белых баранов на лужайке. Дул ветер, но, не смотря на это, я изрядно вспотел и устал. Думаю, я прошел не менее 8-10 миль, и ноги ныли и просили отдыха. Впереди, на холме виднелся одинокий дуб- исполин, с широкой кроной, могучий – он стоял и как будто звал меня отдохнуть под его раскидистыми ветвями.
В тени дуба было уютно, ветер стих и солнечные лучи стали еще теплее. В ветвях дуба запели птицы. Я посмотрел на него- огромный, древний, широкий, он наверно пережил не один век. Кто знает, подумал я – может он помнит даже времена короля Артура, Мерлина и рыцарей круглого стола ( в тот момент меня почему- то увлекла история и я постоянно что- то читал про Англию 5-6 века).
– Мерлина и Артура я помню, – отчетливо сказал мне дуб. Я не знаю, как он это сделал, но я отчетливо понял, что это сказал именно дуб.
– Извините,– испуганно переспросил я, – кто со мной говорит?– Я решил, что у меня начались слуховые галлюцинации…
– С тобой говорит дуб,– сказал дуб,– старый английский дуб. И это не галлюцинации и ты не сошел с ума. В этот момент птицы умолкли, и снова зашелестел в ветвях ветер…
– Это было очень и очень давно,– нараспев и со скрипом начал дуб свою историю…
Это было давно, так давно, что даже Луна уже не помнит, было ли это правдой или вымыслом . Земля только выросла- стала в два раза больше. Появился мировой океан и возникли материки. Еще появились новые люди; на Востоке – самураи, а на Севере- беспощадные воины и мореплаватели- викинги. Мир был суровым, диким и юным; крепость меча и сила рук – вот что определяло судьбу тех людей. Древние Боги еще принимали жертвы, а «темные» еще жили бок о бок с людьми, не став еще частью легенд и мифов.
Северный мир возглавлял могучий король викингов – Ярл. На Востоке правил жестокий и мудрый сегун – император древней Японии, по имени Токугава. Могучий Ярл был вдовцом, его жена умерла во время родов, оставив ему дочь, прекрасную Хельгу. Бездетная жена самурая из клана Мусаси, нашла в поле младенца и принесла его домой. Мальчика усыновили и назвали его Кенсэй. Кенсэй из клана Мусаси.
Кацусики Хокуцай был взволнован. Его вызвали во дворец сегуна. Все последние три месяца художник не покладая рук трудился над заказом Императора: тридцать шесть видов Священной горы Фудзияма. Ведь самому Императору в этом году исполнялось 36 лет, и Кацусики понимал, что его работы должны украсить покои Императора и принести в его сердце радость и покой. Сегун упражнялся в додзе, и художник терпеливо ждал его возле входа. До его слуха то и дело доносились хриплые вскрики и треск бамбуковых мечей: сегун был воином, и все свободное время посвящал пути и искусству меча. Наконец удары стихли, и появился сегун. Он был в легких кожаных доспехах, с ним рядом шли три самурая одетые точно также.
– Приветствую Вас, -Сегун- склонился в глубоком поклоне Кацусики
–А, художник,– рассмеялся довольный сегун, и, подойдя, хлопнул Кацусики по плечу так, что у того зазвенело в голове
– Ты завтра должен ехать с братом Императора в провинцию Нагано, там вы остановитесь в доме Мастера Мечей
– Но зачем, мне сопровождать Великого Косугаву? -спросил испуганно художник
–Это не твоего ума дело,– сердито отрезал сегун.– Брат Господина выразил желание посетить дом Мастера Кенсэя и взять тебя, ничтожный, в спутники. Радуйся, это большая честь для такого ничтожного червя как ты!– глаза сегуна грозно блеснули и испуганный Кацусики замер, молча, в низком поклоне…
